Михаил ХОССУДОВСКИЙ, профессор экономики Оттавского университета

 

ФИНАНСОВАЯ ВОЙНА

 

 «Нечестная добыча денег осуждается публичным мнением, отвергается сердцами и умами людей"».

(Франклин Д. Рузвельт, "Первое инаугурационное обращение", 1933 г.)

 

Сегодня, после окончания холодной войны, человечество испытывает беспрецедентный экономический кризис, ведущий к быстрому обнищанию широких слоев населения во всем мире. Падение национальных валют фактически во всех крупных регионах мира дестабилизирует национальные экономики, поскольку целые страны ввергаются в полную нищету. Кризис не ограничивается Юго-Восточной Азией или бывшим Советским Союзом. Повальное снижение уровня жизни происходит внезапно и одновременно во многих странах. Этот всемирный кризис в конце двадцатого столетия еще более опустошителен, чем Великая Депрессия 1930-х годов. Он имеет далеко идущие геополитические последствия; экономический развал сопровождается также вспышками региональных конфликтов, разрушением национальных обществ, а в некоторых случаях - распадом целых государств. Таким образом, в аспекте современной истории он приобретает форму серьезного экономического кризиса. Существование " мирового финансового кризиса" небрежно отвергается западной прессой, его социальное влияние искажается либо преуменьшается; международные институты, включая Организацию Объединенных Наций, отрицают рост мировой нищеты: " в конце 20-го столетия наблюдается замечательный и беспрецедентный прогресс в преодолении бедности..."

Принято считать, что западная экономика - здоровая, а рецепты коррекции рынка с Уолл-стрит в большей мере необходимы азиатской экономической болезни и российскому трудному переходу к свободной рыночной экономике.

 

ЭВОЛЮЦИЯ МИРОВОГО ФИНАНСОВОГО КРИЗИСА

 

Падение азиатских валютных рынков, начавшееся в середине 1997 года, сопровождалось в октябре 1997 года драматическим падением большинства бирж. Вслед за временным восстановлением Уолл-стрит в начале 1998 года - которое в большой степени объяснялось паническим бегством с японской биржи - финансовые рынки пережили рецидив несколько месяцев спустя, достигнув переломного момента в августе с эффектным падением российского рубля. Индекс Доу Джонса опустился на 554 пункта 31 августа. Это его второе по значению падение в истории нью-йоркской фондовой биржи. Это привело к драматическому обвалу фондовых рынков во всем мире в конце сентября. Всего за несколько недель (с пиком индекса Доу Джонса в 9337 пункта в середине июля), с фондового рынка США испарилось 2300 миллиардов долларов "бумажной прибыли".

Свободное падение рубля привело крупнейшие московские коммерческие банки к банкротству, что дало возможность ряду западных банков и брокерских домов захватить российскую финансовую систему. Кризис привел к угрозе массовых невыплат долгов западным кредиторам Москвы, среди которых банки "Дойче" и "Дрезднер". С начала российских макроэкономических реформ, последовавших после первой иньекции "шоковой терапии" МВФ в 1992 году, российские активы на 500 миллиардов долларов были конфискованы и переданы в руки западных капиталистов. Среди них заводы военно - промышленного комплекса, инфраструктура и природные ресурсы. Инструментом конфискации послужили приватизационные программы и принудительное банкротство.

В брутальных последствиях Холодной войны целостность экономической и социальной систем была разрушена.

 

ФИНАНСОВАЯ ВОЙНА

 

Всемирная схватка за присвоение богатств посредством "финансовых манипуляций" - ведущая сила этого кризиса. Она также является источником экономической неразберихи и социального опустошения. По словам знаменитого валютного спекулянта и миллионера Джорджа Сороса (который заработал 1,6 миллиарда долларов спекулятивных доходов во время драматичного крушения британского фунта в 1992 году), "распространение рыночного механизма на все сферы жизни грозит разрушением общества".

Эти манипуляции рыночными силами со стороны влиятельных дельцов - одна из форм финансовой и экономической войны. Нет нужды в новой колонизации утраченных территорий или посылке захватнических армий. В конце двадцатого столетия полное "покорение наций" означает контроль над производственными активами, трудовыми и природными ресурсами, учреждениями, и может осуществляться безлично путем корпоративного правления: посредством команд, посылаемых с конечного компьютера или сотового телефона. Соответствующие данные немедленно рассчитываются относительно основных финансовых рынков, что часто приводит к внезапному сбою в функционировании национальных экономик. "Финансовая война" использует комплекс спекулятивных инструментов, в том числе комплект исходной торговли, передачу валютных сделок, выбор валюты, фонды для срочной подстраховки (хеджирование), индекс-фонды и др. Спекулятивные инструменты используются для захвата финансовых ценностей и достижения контроля над производственными активами. Согласно высказыванию премьер-министра Малайзиии Мохамада: "Такая преднамеренная девальвация валюты страны посредством спекуляций с целью получения прибыли - серьезное нарушение прав независимых государств".

Присвоение мирового богатства посредством таких манипуляций рыночными силами традиционно поддерживается смертоносными макроэкономическими вмешательствами МВФ, которые действуют почти повсеместно в безжалостно расколотых национальных экономических системах всего мира. "Финансовая война" не знает территориальных границ; она не ограничивается только действиями против бывших врагов времен Холодной войны. Центральные банки Кореи, Индонезии и Таиланда были сокрушены организованными спекулянтами, в то время как финансовое руководство этих стран напрасно искало опору своим хилым валютам. В 1997 году более 100 миллиардов долларов азиатских основных валютных резервов было конфисковано и в течение нескольких месяцев передано в руки частных финансистов. Вслед за валютной девальвацией, реальные заработки и занятость моментально сократились. Это привело к массовому обнищанию в странах, которые в послевоенный период отличались существенным экономическим и социальным прогрессом.

Финансовый грабеж на валютном рынке дестабилизировал национальную экономику этих стран, таким образом создавая предпосылки для дальнейшего грабежа производственных активов азиатских стран при помощи так называемых "хищных иностранных инвесторов".

В Таиланде 56 местных банков и финансовых институтов было закрыто по требованию МВФ, вследствие чего сразу же удвоилась безработица.

Подобно этому в Koрее "спасательная операция" МВФ начала роковую цепь банкротств, которые привели к полной ликвидации так называемых "неблагополучных коммерческих банков". В ходе "посредничества" МВФ, имевшего место в декабре 1997 года после консультаций с крупнейшими коммерческими и торговыми банками мира, "закрывалось в среднем более 200 компаний в день, 4 000 рабочих оказались выброшенными на улицу".

В результате замораживания кредитов и "моментального закрытия банков" в 1998 году ожидалось 15000 банкротств, среди них 90 процентов всех корейских строительных компаний, совокупный долг которых местным финансовым учреждениям составлял 20 миллиардов долларов.

 Парламент Южной Кореи был превращен в "rubber stamp" [ инстанцию, подтверждающую решение, принятое где бы то ни было ( в МВФ и др.) и придающее ему законность]. С помощью "финансового шантажа" спекулянты формируют послушное законодательство: если законодательство не вводится в силу в сроки, назначенные МВФ, выплаты под поручительством приостанавливаются под угрозой восстановления валютной спекуляции.

В свою очередь, спонсируемая МВФ "программа выхода" (то есть, принудительное банкротство) умышленно приводит к развалу чаиболс (chaebols), которые приглашаются сейчас к заключению "стратегических альянсов с иностранными фирмами" (то есть, их окончательный контроль западным капиталом). В связи с девальвацией, стоимость труда в Корее также упала: "Сегодня дешевле купить одну из [высокотехнологичных] компаний, чем завод, в результате чего получаешь инфраструктуру, торговый знак и квалифицированную рабочую силу, свободную в сделках"...

 

ГИБЕЛЬ ЦЕНТРАЛЬНЫХ БАНКОВ

 

Во многих отношениях, такой всемирный кризис отмечается падением центральной банковской системы и ослаблением суверенитета национальных экономик, неспособностью национального государства контролировать образование денег от имени общества. Другими словами, денежные резервы, находящиеся в частных руках компаний-"спекулянтов", значительно превышают ограниченные возможности центральных банков мира. Последние же ни по одиночке, ни коллективно уже не способны сдержать всевозрастающую биржевую активность. Монетарная политика находится в руках частных кредиторов, которые способны заморозить государственный бюджет, парализовать платежи, приостановить регулярную выплату зарплаты миллионам рабочих ( как в бывшем Советском Союзе) и привести к параличу производства и социальных программ. Как следствие углубления кризиса, спекулятивные рейды по центральным банкам распространяются на Китай, Латинскую Америку и Средний Восток, приводя к разрушительным экономическим и социальным последствиям.

Такой непрерывный грабеж резервов центральных банков не ограничивается только развивающимися странами. Он также сказался на нескольких западных странах, включая Канаду и Австралию, где финансовое руководство не смогло остановить падение национальной валюты. В Канаде миллиарды долларов были одолжены у частных финансистов для поддержки резервов центрального банка в ходе волны спекулятивных атак. В Японии - где йена упала еще ниже - "корейский сценарий", по мнению экономиста Майкла Хадсона, является "генеральной репетицией" захвата японского финансового сектора горсткой западных инвестиционных банков. Основные действующие лица - это "Голдман Сакс", "Морган Стенли", "Дойче Морган Грюнфель", которые выкупили японские банковские займы менее, чем за десять процентов их первоначальной стоимости. секретарь казначейства США Роберт Рубин и бывший государственный секретарь Мадлен К. Олбрайт оказывали политическое давление на Токио, настаивая "на немедленной передаче японских негарантийных банковских займов, предпочтительно США и другим иностранным "хищным инвесторам" за плачевную цену". Чтобы достичь своих целей, они даже принуждали Японию переписать конституцию, переделать политическую систему и кабинет, а также реконструировать финансовую систему... Как только японские банки подпадут под контроль иностранных инвесторов, последние приступят к захвату и японской промышленности..."

 

КРЕДИТОРЫ И СПЕКУЛЯНТЫ

 

Крупнейшие банки и брокерские дома выступают и кредиторами, и участниками биржевой деятельности. В настоящем контексте своей биржевой деятельностью они приводят к дестабилизации национальной валюты, таким образом, увеличивая объем долларового долга. Тогда они появляются снова, уже как кредиторы, с целью получения этих долгов. В заключение, они приглашаются как "политические советники" или консультанты при "программах банкротства" МВФ и Мирового Банка. При этом они же - конечные получатели прибыли. В Индонезии, например, среди уличных волнений и по следам отставки Сухарто проведеная по заказу МВФ приватизация ключевых секторов индонезийской экономики была доверена восьми крупнейшим мировым коммерческим банкам, в частности "Леман Бразерс", "Швейцарский кредит - Первый Бостонский", "Голдман Сакс" и "UBS/SBC Warburg Dillon Read".  Крупнейшие финансисты мира толкают страны в огонь, а затем приглашаются как пожарники (с миссией " спасения" от МВФ) гасить пожар. Именно они решают, какое предприятие закрыть, а какое пустить с молотка по сторгованной цене инностранным инвесторам.

 

КТО ФИНАНСИРУЕТ ПОРУЧИТЕЛЬСТВА МВФ?

 

Под повторяющимися спекулятивными атаками, азиатские центральные банки заключили многомиллиардные долларовые контракты  напрасно пытаясь защитить свои валюты. С полным исчерпанием запасов твердой валюты финансовое руководство было вынуждено одолжить большое количество денег под поручительством МВФ. Следуя схеме мексиканского кризиса 1994-95 годов, деньги от поручительства не предназначены для "спасения страны"; фактически деньги никогда не попали в Корею, Таиланд или Индонезию; они предназначались для возвращения "организациям-спекулянтам", чтобы гарантировать им их многомиллионные долларовые прибыли. Азиатские "тигры" были приручены своими финансовыми хозяевами. Отныне послушные своим хозяевам, они вынуждены будут отрабатывать огромные долларовые долги и в третьем тысячелетии.

Но "откуда взялись деньги" на эти многомиллиардные операции? Лишь небольшую часть выделили из ресурсов МВФ: начиная с мексиканского поручительства 1995 года, странам-членам было предложено сделать большие единовременные вклады в спонсируемые МВФ спасательные операции для существенного подъема уровня государственного долга.13. По иронии судьбы, решение о выплате из государственного долга США для финансирования залогов подписано и гарантировано той же группой коммерческих банков с Уолл-стрит, вовлеченных в биржевые спекуляции.

Другими словами, те, кто гарантирует выплату из государственного долга для финансирования залогов, впоследствии и будут окончательно присваивать награбленное добро. Возьмем, к примеру, кредиторов Кореи и Таиланда. Они и есть конечные получатели залоговых денег, которые составляют "безопасную чистую прибыль" биржевых спекулянтов. Большое количество денег, выданных в рамках плана оздоровления экономики должны помочь странам Азии выполнить их долговые обязательства перед финансовыми учреждениями, внесшими вклад в стремительное падение их национальных валют. В этом порочном круге кучка коммерческих банков и брокерских домов разбогатела сверх всякой меры; они также усилили свое влияние на правительства и политиков во всем мире.

 

СИЛЬНОДЕЙСТВУЮЩЕЕ СРЕДСТВО

 

С начала мексиканского кризиса 1994-1995 годов, МВФ стал играть решающую роль в образовании "финансовой среды", в которой мировые банки и финансисты осуществляют свои махинации. Мировые банки жаждут доступа к закрытой информации. Успешные биржевые спекуляции требуют согласованного внедрения от их имени "сильнодействующего лекарства" в рамках долговых обязательств МВФ. Коммерческие банки с Уолл-стрит (в т. ч. "Чейз", "Банк Америка", "Ситикорп" и "Джи Пи Морган") и "Большая пятерка" торговых банков ("Голдман Сакс", "Леман Бразерс", "Морган Стенли и Соломон Смис Барней") были извещены об условиях их включения в залоговые соглашения. В случае корейского краткосрочного долга, крупнейшие финансовые учреждения Уолл-стрит были приглашены накануне Рождества 1997 года для встречи в Нью-Йоркском банке Федерального резерва. 14. Мировые банки имеют прямое отношение к падению национальных валют. В апреле 1997 года, почти за два месяца до начала азиатского валютного кризиса, Институт Международных Финансов (IIF) в Вашингтоне, мозговой центр 290 мировых банков и брокерских домов, "призвал руководство возникающих рынков противостоять росту обменного курса, где это необходимо...".

Это требование, выраженное в официальном письме в МВФ), недвусмысленно намекает, что МВФ не должен препятствовать падению национальных валют. 16. МВФ потребовал от Индонезии "отпустить" ее валюту почти за три месяца до драматичного падения рупии. Слова американского миллиардера бывшего кандидата в президенты Стива Форбеса: "А не ускорил ли МВФ кризис? Это агентство выступает за открытость и прозрачность национальных экономик, однако может сравниться с ЦРУ в умении скрывать собственные действия. Проводились ли, например, секретные переговоры с Таиландом в пользу девальвации, с которой и начались катастрофические события?" Усиливали ли болезнь предписания МВФ? Деньги этих стран обесценились до абсурдно низкого уровня".

 

ДЕРЕГУЛЯЦИЯ ДВИЖЕНИЯ КАПИТАЛА

 

Международные правила регулирования движения денег и капитала через международные границы приводят к формированию полей финансовых "сражений", на которых банки и биржи совершают свои смертельные атаки. В поиске возможностей присвоения экономических и финансовых богатств мира, мировые банки и транснациональные корпорации активно участвуют в полной дерегуляции потока международного капитала, включая движение "горящих" и "грязных" денег. 18. Подчиняясь таким требованиям (после поспешных консультаций с финансовыми министрами Большой Семерки), в апреле 1998 года в Вашингтоне Временный Комитет МВФ вынес формальный вердикт для дерегулирования движения капитала. В официальном коммюнике говорится, что МВФ будет продолжать вносить поправки в свой Устав с намерением "сделать либеризацию движения капитала одной из задач Фонда и при необходимости расширить полномочия Фонда". 19. Управляющий директор Мишель Камдессю заметил в равнодушном тоне, что "ряд развивающихся стран может подвергнуться опасности биржевых спекуляций после открытия счета своего капитала", повторяя при этом, что этого можно избежать посредством принятия "здоровой макроэкономической политики и сильной финансовой системы в странах-членах" (то есть, стандартную для МВФ "экономическую пилюлю от несчастья" ).20

Решение МВФ дерегулировать движение капитала было принято за закрытыми дверями, спрятано от общественности и слабо освещено в прессе. Это случилось за две недели до массовой демонстрации общественных организаций со всего мира в конце апреля 1998 года в Париже в знак протеста против спорного Многостороннего Соглашения по Инвестициям (МАИ) при способствовании ОЭСР (OECD). Это Соглашение предоставило неограниченные права банкам и многонациональным корпорациям, дав им возможность оседлать национальные законы для иностранных инвестиций, ущемляя при этом фундаментальные права граждан. МАИ представляет собой акт капитуляции правительств перед банками и мультинациональными корпорациями.

Все было хорошо рассчитано: пока принятие МАИ было временно приостановлено, была предложена дерегуляция инностранных инвестиций более целесообразным способом: поправки к Уставу могли бы ограничить власть национальных правительств в отношении регулирования иностранных инвестиций. Это могло бы также аннулировать усилия кампаний граждан всего мира против МАИ: дерегуляция иностранных инвестиций могла быть достигнута одним росчерком пера, без нужды в громоздких многосторонних соглашениях под покровительством ОЭСР (OECD) или ВТО (WTO) и без законной борьбы с инвестиционным соглашением, закрепленном в международном законодательстве.

 

ОБРАЗОВАНИЕ ВСЕМИРНОГО ФИНАНСОВОГО ОБОЗРЕВАТЕЛЯ

 

Теперь, когда происходит агрессивная борьба за владение глобальным богатством, а финансовый кризис достиг ужасающих размеров, международные банки и биржи обеспокоены и хотят играть все более непосредственную роль в формировании финансовых структур для защиты своих интересов и для "политизации" экономических реформ на государственном уровне. Консерваторы свободного рынка в США и Республиканская партия осудили МВФ за его легкомыслие. Игнорируя межправительственный статус МВФ, они требуют большего контроля над МВФ со стороны США. Они также намекнули, что МВФ должен отныне играть более умеренную роль и поручить финансирование многомиллионных долларовых займов частному банковскому сектору.21. За закрытыми дверями в апреле 1998 года обсуждалась более приемлемая инициатива, предложенная крупнейшими банками мира и инвестиционными домами через своего вашингтонского представителя - Институт международных финансов. Предложение банков предусматривает образование "финансового обозревателя - так называемого "Консультативного совета частного сектора" - для тщательного наблюдения за деятельностью МВФ. "Институт Международных Финансов, членами которого являются все ведущие частные финансовые фирмы, готов к работе с официальным сообществом, и отдает преимущество этому процессу." 22. По инициативе мировых банков МВФ был приглашен для обдумывания конкретных шагов по дальнейшему вовлечению частного сектора в урегулирование кризиса, что может быть интерпретировано как "передел власти" между МВФ и мировыми банками.  23. Международное банковское сообщество также учредило собственный "Руководящий комитет по выявлению рыночных финансов", обьединяющий наиболее влиятельных финансистов мира, включая Вильяма Родеса, вице-главу "Сити-банка", и Давида Волкера, главу "Морган Стенли". Скрытая повестка дня этих ведомств - окончательное преобразование МВФ, отход от его нынешнего статуса как внутриправительственного бюрократического органа, служащего только интересам мировых банков. Еще важнее, что банки и спекулянты хотят иметь доступ к деталям соглашений МВФ с членами-правительствами, которые дадут им возможность занять осторожные позиции в своих атаках на финансовые рынки во время принятия залоговых соглашений МВФ. Мировые банки, указывая на необходимость "открытости", призывают МВФ "обеспечить полное понимание относительно их связи с национальными правительствами без раскрытия конфиденциальной информации...". Но чего они в действительности хотят, так это привилегий в обладании информацией. 24. Текущий финансовый кризис не только способствует закрытию национальных государственных учреждений во всем мире, он также состоит в постепенном разрушении и возможной приватизации послевоенных учреждений, созданных отцами фондов в 1944 году. В противоположность разрушительной роли МВФ в сегодняшнем мире, эти институты намеревались с помощью своих архитекторов гарантировать стабильность национальных экономик. Генри Моргензау, Секретарь Казначейства США, в своем закрытом заявлении к Конференции 22 июля 1944 года сказал: "Мы пришли сюда определить методы, с помощью которых удалось бы покончить с экономическим злом - конкурентной девальвацией валют и разрушительными препятствиями для торговли, которые предвосхищают настоящую войну. Мы должны преуспеть в этом усилии".

 

                                                                                                                                            


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-24  e-mail:  rass@intellectual.org.ua