Мирослава БЕРДНИК

 

НЕ ПРОДАЕТСЯ ВДОХНОВЕНЬЕ, НО МОЖНО РОДИНУ ПРОДАТЬ

О сотрудничестве деятелей украинской эмиграции со спецслужбами между I-й и II-й мировыми войнами  

 

В День защитника Отечества 23 февраля националисты осквернили памятник на могиле освободителя Киева -- Героя Советского Союза генерала Ватутина, облив его краской. Думаю, большинство честных и совестных людей будут солидарны с Виктором Медведчуком, который сказал: «Нашу память нельзя облить краской! Народ Украины, несмотря ни на какие потуги «оранжевых», никогда не воспримет их протухшую идеологию. Большинство украинцев в очередной раз убедились, что национализм не имеет ничего общего со свободой и демократией».

Попытавшись отомстить генералу, который освобождал Украину от фашизма и пал от рук тех же украинских националистов, эти деятели напомнили мне, что мой дед воевал в составе штаба  1-го Украинского фронта, которым командовал генерал Ватутин. Он был тяжело ранен и умер в начале 60-х от осложнений, связанных с ранением совсем еще нестарым человеком. Напомнили, что мой отец был ранен в Западной Украине, когда разминировал объекты жизнеобеспечения, заминированные фашистами. Они напомнили мне. Теперь об этом будет хорошо помнить и моя дочка.

Разжигание национализма и сепаратизма на геополитическом пространстве Российского государства всегда имело заинтересованных внешних  спонсоров. Во времена Гражданской, а затем Великой Отечественной войн всегда находились силы, которые для своих корыстных геополитических целей поднимали знамя национализма. О том, как использовали до, во время и после Второй мировой войны ОУН-УПА сначала германские, а затем британские и американские спецслужбы, достаточно хорошо известно. О том, как не за страх, а за совесть служили разведкам различных стран другие украинские эмигрантские деятели, почти ничего не известно. В 2003 году Служба внешней разведки России в книге «Неизвестный сепаратизм: На службе СД и Абвера (Из секретных досье разведки)» опубликовала неизвестные ранее документальные материалы ОГПУ — НКВД — КГБ и спецслужб некоторых зарубежных государств из архива Службы внешней разведки Российской Федерации. В них рассказывается об использовании иностранными разведками до и во время Великой Отечественной войны националистической эмиграции для дестабилизации обстановки на Кавказе, в Средней Азии, и других регионах СССР. Достаточно хорошо описана и деятельность украинской эмиграции.

 

Поляки предпочитали последователей Петлюры

 

16 декабря 1941 года британский министр иностранных дел Иден прибыл в Москву для подписания договора о взаимопомощи в войне против фашистской Германии между Великобританией и Советским Союзом. Ему также хотелось прощупать настроения в Кремле после успешно начавшегося и впечатляющего контрнаступления Красной Армии. В разговоре со Сталиным Иден обсуждал, какие меры будет необходимо предпринять в будущем, чтобы  германская агрессия никогда больше не повторилась. Среди них обсуждалось и возможное разделение Германии. Иден высказал сомнение в целесообразности таких шагов, поскольку могут возникнуть движения, которые вновь могут объединить на нежелательной основе. Только вот действовали британцы и их партнеры совсем по-другому.

Во времена Речи Посполитой Пилсудского министром внутренних дел был Юзефский. Шестой отдел его ведомства имел агентуру из числа руководителей эмигрантских организаций. Из украинцев пан Юзефский предпочитал иметь дело с последователями Симона Петлюры, поскольку во времена УНР Петлюра успел заключить договор с Польшей, признававшей независимость УНР в обмен на уступку полякам части Галичины, Волыни и Полесья.

Луцк по Рижскому договору 1921 года, завершившему неудачный поход Красной Армии на Варшаву, отошел к Польше. Туда Пилсудский направил воеводствовать пана Юзефского в 1930 году. После своего назначения волынским воеводой Юзефский, пользуясь тем, что значительная часть петлюровцев обитала именно в этом крае, решил создать в его главном городе Луцке оперативный центр по консолидации сил эмиграции и проработке различных вариантов ее применения в польских интересах.

Замысел состоял в том, чтобы, используя своеобразную концентрацию приверженцев Петлюры, создать в городе польско-украинскую структуру, которая стала бы идеологическим и организационным штабом для продвижения идеи расширения территории Польши в сторону Украины. Пан Юзефский по поручению своих варшавских начальников ставил на практическую основу дело подготовки украинской эмиграции, главным образом, ее петлюровской части, к участию в интервенции в Украине. Близость Луцка к советской  границе делала его удобным плацдармом для создания задуманных польско-украинских сил, предназначенных для проведения достаточно крупных войсковых операций на советской территории. Польская сторона также оговорила, что заключенный ранее между УНР и Польшей договор останется в силе. В конце декабря 1930 года между польским Генштабом, правительством УНР и Луцким центром была достигнута принципиальная договоренность об организации объединенной группировки из украинских и польских соединений. Армии УНР предписывалось иметь корпуса пехотный, конно-артиллерийский и сичевых стрельцов. Польская сторона предоставляла в распоряжение объединенных сил пехотный и ударный добровольческий корпуса, технические и вспомогательные части, а также финансирование. Иностранному отделу (ИНО) ГУГБ НКВД СССР стало известно, что польские официальные власти полностью поддержали эти военные приготовления, более того, МИД Польши даже наметил в Украине так называемый польский район, в отношении которого допускалось участие польских добровольцев, если бы там началась борьба за освобождение от большевизма. Вот тогда-то и предполагалось задействовать механизм Луцкого центра. А в случае возможного неуспеха этого варианта локальных военных действий предполагалось избежать большой войны с СССР, <B>списав все на самостийные действия эмигрантов-сепаратистов<P>.

Луцкий центр мыслился как аванпост, своеобразный катализатор дальнейших событий. Генерал Сальский, военный министр УНР, с ведома поляков планировал вступить в контакт с английским адмиралтейством. Он хотел заручиться его согласием на демонстративное присутствие британского военно-морского флота на Балтийском и Черном морях, что, по его представлениям, могло бы содействовать успеху операции. Но «не так сталося, як гадалося», -- в 1935 г. умер Пилсудский. Да и европейские события развивались совсем не по тому сценарию, которым руководствовались в Варшаве. Из Луцкого эксперимента ничего не получилось, и он остался в истории лишь как одно из свидетельств неуемных желаний националистов пожертвовать украинскими землями ради своих властных амбиций.

 

Гетьманцы целиком полагались на иностранную интервенцию

 

Сегодня в школьных учебниках описываются «вражаючі досягнення уряду Скоропадського». Рассказывается, что «хоч його гетьманування тривало лише сім з половиною місяців, проте й за той нетривалий час він встиг зробити багато корисного для України» (Вступ до історії України, Київ, „Генеза”, 2001). Кстати, чем не пример для подражания Виктору Ющенко, которому уже почти полтора года, как плохому танцору, все время что-то мешает. Скоропадский еще в начале 1918 г. вступил в контакт с представителями французской военной миссии, польского и чехословацкого корпусов с целью свержения Центральной Рады, но не нашел поддержки. Но после того, как у оккупировавших Украину немцев лопнуло терпение после похищения некоторыми членами Центральной Рады банкира А.Доброго с целью выкупа, Скоропадский совершил переворот (в ходе тайной встречи Скоропадского с начальником  штаба германских оккупационных войск генерал-лейтенантом В. Грёнером 24 апреля 1918 г. было достигнуто соглашение о поддержке немцами заговора при условии признания Скоропадским ранее заключенных Украиной договоров и отказа от аграрных  реформ).

После поражения в 1-й мировой  войне германские  войска вынуждены были начать эвакуацию из Украины. 13 ноября 1918 г. в Киеве был совершен очередной переворот и провозглашена уже Директория, генеральным атаманом которой стал Симон Петлюра. В поисках поддержки странами Антанты Скоропадский 14 ноября провозгласил федерацию Украинской державы с будущей небольшевистской Россией. Ему это не помогло, он эмигрировал в Германию и осел в Берлине.

Внешняя разведка НКВД СССР отслеживала деятельность  сторонников гетмана Скоропадского. Из поступавшей в то время в Центр разведывательной информации вырисовывалась следующая картина. Во главе гетманской организации стояла управа, председателем которой был сам Скоропадский, а членами — начальник канцелярии Шемет, заведовавший внешними связями Скоропадский-младший, управляющий финансами Скортыс-Колтуховский, личный адъютант гетмана Лещенко. При управе существовала военная коллегия, в состав которой входили гетман и несколько офицеров. Организация поддерживала связи с рядом иностранных государств. В Варшаве ее представлял граф Монтезор, женатый на дочери Скоропадского, во Франции полковник Дубовой. Гетман, будучи ставленником кайзеровской Германии, воспринял в целом и нацистскую линию в отношении Украины. Гетманцы, не надеясь на освобождение Украины от большевиков изнутри, целиком полагались на иностранную интервенцию, причем главенствующую роль в этом по-прежнему отводили Германии. Хотя с согласия немцев организация Скоропадского поддерживала связи с другими европейскими государствами, которые разделяли германские подходы к решению «восточного вопроса».

Скоропадский также поддерживал оживленный контакт с японским военным атташе в Берлине полковником Банзаем. После оккупации японскими войсками Маньчжурии он командировал в Харбин своего представителя для помощи в работе с тамошней украинской эмиграцией. Его посетил офицер японского Генштаба Акацуки, который заверил гетмана, что как его личный авторитет, так и деятельность руководимой им организации высоко оцениваются в Японии. Из высказываний гостя следовало, что столкновение Японии с СССР неизбежно и потому японское военное командование заинтересовано в формировании в Маньчжурии гетманских отрядов из числа украинских эмигрантов и перебежчиков, готово взять на себя их вооружение и выделить средства для ведения разведывательно-диверсионной работы внутри Советского Союза. Японец пояснил, что дело надо вести к тому, чтобы после начала японско-советской войны инспирировать восстания в различных советских регионах, а что касается Украины, то в Японии видят ее как буферное государство. Все разговоры представителей японской разведки сводились к желанию японцев видеть украинские национальные части на Дальнем Востоке. Со стороны гетмана были обещаны порядка двух тысяч волонтеров из Западной Европы и даже переданы поименные списки таковых для организации их отправки в Маньчжурию в момент, который японские власти сочтут наиболее подходящим.

Гетман Скоропадский поддерживал дружеские отношения и с английским генералом Ноксом. Нокс посоветовал  гетману не слишком доверяться японцам. Главным подтекстом всех бесед гетмана с англичанами была поддержка возможной при определенных условиях интервенции в СССР, и компенсаций со стороны Украины после завоевания для нее англичанами независимости.

Очерк о деятельности гетмана Скоропадского в эмиграции будет неполным, если не упомянуть об отмеченных в архивных делах контактах с русской эмиграцией монархического толка. Скоропадский поддерживал определенные отношения с генералом Бискупским, жившим в Берлине, и бывшим царским посланником в Лондоне Саблиным. По инициативе последнего состоялась его встреча со Скоропадским, в которой приняли участие поверенный Павла Петровича Коростовец и сын гетмана. Скоропадский не возражал против сформулированной Саблиным платформы, которая состояла в признании его гетманом Украины, а его сына, Даниила, преемником гетманской власти. Скоропадский соответственно изъявлял готовность подписать от своего имени и имени сына декларацию, что по восстановлении монархии в России Украина признает высшую власть царя Всероссийского. Она войдет в состав единого государства на основе федеративного договора, сохранив свою автономию в административных и культурных вопросах, имея в то же время общее командование вооруженными силами и централизованную внешнюю политику.

Скоропадский погиб во время бомбардировки союзной авиацией накануне капитуляции фашистской Германии и всего за четыре дня до того, как Украина, где он так хотел властвовать, на конференции в Сан-Франциско была приглашена войти в число стран-основательниц Организации Объединенных Наций.

 

Свой человек в Стамбуле

 

Среди многих эмигрантских организаций, которые связывали надежды на свое политическое будущее с Японией и Германией, как неизбежными противниками СССР в будущей войне, было и правительство Украинской Народной Республики в «екзилі». Оно имело в Стамбуле своего представителя — Мурского. Вот он-то и вышел на контакт с японским военным атташе в Турции Ямурой. Японский военный разведчик попросил составить для него небольшую записку о том, как его украинский собеседник  оценивает возможности оказания поддержки японским акциям на Дальнем Востоке. Желая информировать немцев о работе своей организации в пределах и за пределами СССР, Мурский передал этот меморандум немецкой разведке в Стамбуле.

ИНО ГУГБ НКВД СССР 20 января 1935 г. передал советскому руководству спецсообщение «О планах «правительства УНР» на случай войны СССР с Японией». В нем указывается, что меморандум представляет собой копию документа, переданного в ноябре 1933 г. представителем УНР в Турции Мурским японскому военному атташе в Турции Канда.  По мнению разведчиков, «документ представляет интерес потому, что составлен с ведома «правительства УНР» в Варшаве и служит базой для Дальнейшей совместной работы японской разведки с указанной организацией и содержит программу действия УНР за границей и на Советской Украине (проведения террористических, диверсионных и вредительских актов)». Указывается, что «с разгромом петлюровской армии и интернированием ее на территории Польши «правительство УНР» во главе с А. Левицким продолжает существовать в Варшаве до настоящего времени на субсидию правительства Польши и является орудием МИД Польши (выступление «министра иностранных дел УНР» А. Шульмана в Женеве и других государствах Европы) и 2-го отдела Польского генерального штаба, использующего генералитет и аппарат разведки УНР в повстанческой, диверсионной деятельности на территории УССР в восточной политике Польши».

«При освоении дальневосточных земель, -- писал в меморандуме Мурский, большая часть переселенцев прибывала с Украины. Уже до мировой войны в бассейне Амура, городах Уссурийске, Хабаровске и Верхнеудинске проживало немало украинцев. Эту местность в обиходе они называли по-своему Зеленым клином» (Приложение 2, «Неизвестный сепаратизм: На службе СД и Абвера», Москва,  Рипол классик, 2003 г.). По мнению представителя «украинского правительства в изгнании», оттеснение России от берегов Тихого океана пошло бы на пользу Японии. Для этого, рекомендовалось в записке, японские политики должны основательно изменить свой подход к России как евроазиатской стране и содействовать ее расчленению. Национализм и сепаратизм приведут, в конце концов, к восстанию, и окончательно сломленная империя, как бы она ни называлась, не сможет более выжить как самостоятельное государство. А независимая Украина хотела бы участвовать в этих событиях.

Представитель УНР писал, что народы, заинтересованные в расчленении России, следят с глубокой симпатией за японской политикой на Дальнем Востоке. Они надеются, что предстоящий японско-советский конфликт окончится распадом России на несколько самостоятельных государств: Украину, Кавказ, Туркестан и другие. В случае начала военных действий немедленно вспыхнут этнические восстания, и правительство УНР, поддержанное Японией, Польшей, Румынией и другими странами, окажет повстанцам помощь оружием, боеприпасами и военными инструкторами из числа офицеров национальной армии. Будут также организованы для участия в боевых действиях добровольческие отряды из украинцев, проживающих за рубежом, в том числе в США и Канаде.

В меморандуме указывается, что на территории самой Украины руководство УНР ставит во главу угла необходимость осуществления диверсионно-террористических действий: разрушение железнодорожных путей и  мостов, уничтожение воинских складов и бензохранилищ, массовые и индивидуальные акции террора. Реализация этих мер потребует денежных средств, и без помощи иностранных государств осуществить их будет невозможно. Сотрудничество с Японией позволяет рассчитывать на помощь с ее стороны в виде финансовых и товарных займов. Отделение же Украины от России должно будет стимулировать национальные движения на Кавказе и в Туркестане, создав тем самым новую политическую ситуацию на Востоке Европы, и облегчит Японии ее миссию в Азии.

Меморандум японской разведке немцы встретили с одобрением, и сотрудничество с украинскими радикальными движениями стало принимать все более прагматичные формы.

 

 Неудавшееся покушение на Сталина

 

К этому периоду времени относится не известная до сего времени попытка германской разведки организовать руками украинских националистов покушение на Сталина. Как следует из архивных документов Службы внешней разведки России, Службе безопасности ОУН удалось завербовать одного из руководящих работников Компартии Западной Украины, действовавшей на территории, которая вплоть до начала Второй мировой войны входила в состав Польши. Этот человек должен был по линии партии поехать в Москву в качестве приглашенного на VII конгресс Коминтерна. Как только об этом стало известно, с ним встретился личный представитель руководителя ОУН Коновальца Поливчак.

Будущий исполнитель сразу же понял, что ему отводят роль смертника, и попытался уклониться от почетного поручения. Тогда ему популярно объяснили, что лучше умереть героем, чем в безвестности. После этого появились истинные режиссеры – немцы, которые бедняге популярно объяснили, что «история возложила на Германию миссию по освобождению Украины» и повезли на встречу с одним из руководителей НСДАП Розенбергом. Сценарий был таков, что покушающийся должен сделать несколько выстрелов, как только Сталин и Димитров появятся в президиуме конгресса, и, воспользовавшись замешательством и паникой, скрыться. Даже непрофессионалу было понятно, что, находясь далеко от президиума, рассчитывать на прицельные выстрелы не приходилось. Заказчикам нужна была громкая политическая акция, способная в какой-то мере дезорганизовать работу конгресса, оживить оппозиционные группировки в коммунистическом движении. Концовка оказалась тривиальной – несостоявшийся киллер сбежал из гостиницы незадолго до запланированного аттентата, объяснив это внезапным расстройством здоровья. Но, видимо, не только ухудшение здоровья, сорвало планы покушавшихся, если сегодня открываются эти материалы в российских архивах. Жаль, что они не были открыты раньше, может, мы бы лучше понимали свою историю, причины и мотивы тех или иных действий руководства страны.

Деятели, портреты и приукрашенные биографии которых сегодня наши дети изучают в современных учебниках истории, в начале XX-го столетия ради захвата власти в Украине совершали перевороты и призывали интервентов на украинские земли, что, в конечном итоге и стало одной из причин кровопролитной и братоубийственной Гражданской войны. В промежутке между двумя мировыми войнами они за право вернуться «на белом коне» в Украину обращались к разведкам ведущих мировых держав, обещая за поддержку украинские земли, недра, концессии  и многое другое. Итогом их деятельности после Великой отечественной войны в содружестве с американскими и британскими спецслужбами стала почти десятилетняя необъявленная война на Западной Украине. Я, наконец, поняла, почему находящиеся почти полтора года у власти оранжевые деятели так ненавидят оппонентов. Они мстят нам не за «фальсификацию президентских выборов 2004 года», не за свой, якобы уничтоженный бизнес, не за «чесні руки, що не крали». Они мстят детям и внукам победителей за поражение своих дедов и прадедов.

 

 

                                                                                                                                                                   


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-24  e-mail:  rass@intellectual.org.ua