Владимир ЧИКОВ

 

ДУЭЛЬ РАЗВЕДОК

 

В самом начале Великой Отечественной войны советские органы госбезопасности, как и Вооруженные силы, оказались малоподготовленными к ожидаемой войне с фашистской Германией. Ослабленные в результате массовых репрессий 1937-1939 годов, наши разведка и контрразведка практически не имели возможности должным образом противостоять хорошо подготовленным аналогичным германским спецслужбам.

В мае 1941 года в системе «Абвера» был создан разведывательно-подрывной центр «Штаб Валли», на который возлагалось руководство всеми операциями на советско-германском фронте. Кроме того, действовала отлаженная и разветвленная система органов гестапо и СД. Словом, против нашей страны был сформирован мощный аппарат, нацеленный на реализацию концепции тотального шпионажа. Основными ее постулатами были сформулированные одним из ближайших сподвижников Гитлера Рудольфом Гессом три заповеди: каждый может быть шпионом, каждый должен быть шпионом, и нет такой тайны, которую нельзя было бы узнать.

В первой после начала войны директиве Контрразведывательного управления НКО, датированной 22 июня 1941 года, фашистская Германия не фигурировала даже как главный противник, и, соответственно, перед органами контрразведки не ставилась задача выявления гитлеровской агентуры. Основное внимание необходимо было уделять обнаружению антисоветских элементов в Красной армии. Лишь на пятый день войны была доведена до сведения всего оперативного и руководящего состава контрразведки новая директива, учитывающая реалии начавшейся войны.

Выполняя директиву по заброске агентуры за линию фронта, советская разведка теряла в первое время немало своих людей. Если же кому-то удавалось закрепиться и получить развединформацию, то передать ее по назначению было практически некому. Радиостанций не хватало, а на пересылку сведений через линию фронта «с нарочным», учитывая, насколько которая стремительно фронт продвигался на восток, уходило столько времени, что информация к моменту получения практически полностью обесценивалась. К тому же, когда же агенты переходили линию фронта, они попадали в руки сотрудников особых отделов, нередко «расшифровывались», после чего их невозможно было использовать в оперативной работе. Кроме того, во время наступления в руки противника попадало много секретных материалов, бланков удостоверений и печатей, а из захваченных документов иногда выявлялась наша агентура, оставленная на оккупированной территории.

С начала войны остро встал вопрос о сохранении государственной и военной тайны, недопущении распространения пораженческих, провокационных и клеветнических сообщений, подрывающих обороноспособность и безопасность страны. Но самой главной задачей для органов госбезопасности оставалась борьба со шпионско-диверсионной и иной подрывной деятельностью спецслужб Германии, а также ликвидация предателей и дезертиров непосредственно в прифронтовой полосе. Помимо этого надо было создавать разведывательно-диверсионные группы и партизанские отряды.

Высокая активность гитлеровской разведки потребовала от советской контрразведки огромного напряжения сил. В зоне боевых действий и тылах фронтов начали действовать специальные подразделения, осуществлявшие активный розыск шпионов и диверсантов. Важное место в розыске вражеских агентов стала занимать деятельность заградительных служб. Они выявляли пути возможной переброски агентов на нашу сторону. Подразделения заградительных служб широко использовались и при прочесывании местности.

Одной из практических задач контрразведки являлось создание оперативных групп и резидентур для организации разведывательной и диверсионной работы в тылу противника.

Несмотря на объективные трудности, контрразведка помогла советскому командованию в укреплении боеспособности частей и соединений, а также в пресечении действий вражеской агентуры. В ходе битвы под Москвой она обезвредила свыше трехсот агентов и более пятидесяти разведывательно-диверсионных групп противника и тем самым способствовала провалу немецкой операции «Тайфун». Всего на Западном фронте в 1941 году военные контрразведчики и сотрудники НКВД задержали и разоблачили свыше тысячи шпионов и диверсантов. Попытки фашистской разведки внести дезорганизацию в управление советскими войсками на центральном направлении потерпели провал.

К концу 1942 года контрразведка в основном преодолела трудности, вызванные слабой подготовленностью к войне, выработала к этому времени систему собственных оперативных предупредительных мер борьбы со шпионской, диверсионной и иной подрывной деятельностью противника. Его разведке так и не удалось организовать получение информации о замыслах Ставки Верховного Главнокомандования и подготовке крупных наступательных операций.

В 1942 году советская контрразведка впервые получила от арестованных офицеров германской разведки сведения о том, что фашисты намерены подготовить агентуру для совершения бактериологической диверсии в советском тылу. Для этого, по показаниям арестованных, в специальных лабораториях и институтах якобы велись разработки по выращиванию бактерий чумы, холеры и брюшного тифа. Ампулами с такими бактериями планировалось снабдить гитлеровских агентов для заражения питьевых источников в пунктах наибольшего скопления частей Красной армии и в крупных промышленных городах Союза.

Когда заброшенный в тыл противника спецотряд чекистов под командованием С. Ваупшасова добыл сведения о том, что фашистское командование направляет на фронт первую партию химических артиллерийских снарядов, весь мир узнал о преступных замыслах гитлеровцев. Гневный протест мировой общественности и серьезное предупреждение об ответных мерах, сделанное странами антигитлеровской коалиции, не позволили фашистской Германии начать химическую войну.

После сокрушительного поражения немцев под Москвой «Абвер» и разведывательно-диверсионный орган РСХА «Цеппелин» активизировали агентурную деятельность во всех городах нашей страны. Чтобы сбить эту активность германских спецслужб, ввести их в заблуждение и выявить враждебные замыслы гитлеровского командования советская контрразведка решила провести известные крупномасштабные операции под названиями «Монастырь» и «Березина».

Только благодаря умелым, хорошо спланированным действиям ГУКР «Смерш» и контрразведки органов госбезопасности отлаженный механизм «Абвера» сработал фактически вхолостую, терпя одно поражение за другим. Это и явилось главной причиной его ликвидации за несколько месяцев до окончания войны. Несколько более эффективной оказалась враждебная деятельность другой гитлеровской спецслужбы «Цеппелин», которая пыталась нанести серию мощных диверсионных ударов в глубоком тылу СССР. Разработанная «Цеппелином» крупная операция под кодовым названием «Волжский вал» предусматривала выведение из строя коммуникаций, связывающих с фронтом Урал, Сибирь, Среднюю Азию и другие тыловые районы страны, взрывы мостов через Волгу и реку Урал и осуществление диверсий на наиболее важных оборонных объектах.

Операция, однако, потерпела полный крах. Тогда руководители «Цеппелина», пытаясь поправить свое положение, в 1944 году приступили к подготовке новой крупной операции под названием «Римская цифра II». Через некоторое время на территорию Калмыкии был заброшен большой диверсионный отряд. В зафиксированный чекистами район заброски была оперативно направлена группа местных контрразведчиков. Они уничтожили большую часть диверсантов, а оставшихся в живых взяли в плен.

Только в 1943 году из 19 диверсионных групп, заброшенных «Цеппелином» в советский тыл, пятнадцать были ликвидированы раньше, чем они приступили к выполнению заданий. После такого провала рейхсфюрер Гиммлер вынужден был признать, что главную задачу по проведению диверсионно-подрывной работы в советском тылу «Цеппелин» не выполнил.

За всю войну немецким спецслужбам практически не удалось совершить ни одной серьезной диверсии в советском тылу, наша контрразведка надлежащим образом организовала выявление и разоблачение забрасываемой в тыл СССР фашистской агентуры. В результате оперативно-розыскных мер только территориальные органы контрразведки задержали 1854 агента-парашютиста, в том числе треть из них была с радиостанциями.

Большую полезную работу провели органы госбезопасности по заброске в тыл противника советских оперативных групп, по проникновению в фашистские спецслужбы, по внедрению наших людей в их агентурную сеть под видом изменников Родины. Так, агент «Гришин», переброшенный за линию фронта, был задержан немцами, завербован ими и после обучения в разведшколе направлен в советский тыл с заданием. «Выполнив» его, он снова вернулся к немцам. На этот раз руководство фашистской разведшколы рекомендовало его на штабную работу в одном из разведорганов. Прослужив там несколько месяцев и собрав установочные данные на 101 вражеского разведчика с их фотокарточками, «Гришин» доставил эти ценные материалы в советскую контрразведку.

Всего по линии зафронтовой работы органами контрразведки было подготовлено и заброшено во вражеский тыл более 2200 оперативных групп, от них поступило 4400 важных разведывательных сообщений, в том числе о подготовке наступления в районе Орла и Курска, что позволило упредить удар противника. Только в июне 1944 года в тылу немцев действовало 118 опергрупп общей численностью в семь тысяч человек.

В борьбе с фашистскими разведорганами немаловажную роль сыграли мероприятия контрразведки по дезинформации противника путем доведения до него тщательно подготовленной ложной информация о дислокации и количестве советских войск на том или ином фронте и о планах военного командования. Наиболее эффективно такие мероприятия осуществлялись путем ведения радиоигр с противником из глубокого тыла. Для передачи дезинформации использовались, как правило, захваченные нашей контрразведкой агенты вражеских спецслужб со своими рациями. После обработки и вербовки они начинали работать под диктовку советских органов безопасности. В результате только одной радиоигры «Подрывники» была арестована группа агентов германской разведки в составе семи человек. Потом по их ложному вызову немцы сбросили в помощь им еще пять хорошо вооруженных агентов. Сумев привлечь радистов на свою сторону, контрразведка продолжала оперативную игру с противником, вводя в заблуждение фашистское командование и его разведывательные службы.

В отдельные периоды войны советской контрразведкой и ГУКР «Смерш» велось одновременно до семидесяти радиоигр из глубокого тыла и районов, расположенных вблизи фронта.

Сложную и не менее напряженную работу вели наши контрразведчики на освобожденной от фашистских захватчиков советской территории. Они помогали восстанавливать на местах Советскую власть, очищать города и села от бывших изменников Родины, карателей, немецких пособников и других лиц, сотрудничавших с оккупантами. Кроме того, они вели борьбу с националистическими бандами в западных областях Украины, Белоруссии и в Прибалтике.

Говоря о вкладе советской контрразведки в разгром немецко-фашистских войск, нельзя не упомянуть высказываний главных нацистских преступников на Нюрнбергском процессе. Генерал-полковник Йодль с горечью признавал: «…Мы страдали постоянной недооценкой русских… В нашей разведке были крупные провалы…». Еще определеннее по этому поводу высказался фельдмаршал Кейтель: «Мы ни разу не получали достоверных данных от своей разведки, которые оказали бы серьезное воздействие на развитие разрабатываемых военных операций… Военные сведения, добытые возвращавшимися из советского тыла нашими разведывательными группами, практически не представляли никакой ценности …».

Что и говорить, советская контрразведка до конца выполнила долг перед родной страной, перед ее народом. Она честно служила Отечеству и не позволила противнику осуществить планы подрыва военно-экономического потенциала и сплоченности народов Советского Союза. Это были вынуждены признать и вышеназванные видные военные деятели «третьего рейха».

http://chekist.ru/article/1022

 

                                                                                                                                                                   


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-24  e-mail:  rass@intellectual.org.ua