Александр СКРИПНИК

 

«ВСТРЕТИЛ СТАРОГО ДРУГА»

 

Для разведчика-нелегала такие ситуации за границей в прямом смысле чреваты большими неприятностями

 

 

Иногда режиссеры шпионских фильмов для большей интриги вставляют в сценарий эпизод, когда разведчик, находящийся за границей под другим обличьем, случайно сталкивается с бывшим другом, знакомым или однокашником. При этом зрителя вместе с героем фильма заставляют переживать острую психологическую сцену и следить за тем, как он выпутывается из этой непростой ситуации.

Хотя такие эпизоды не всегда являются художественным вымыслом. Эти сюжеты подсказывает сама жизнь разведчиков, полная неожиданностей, опасностей, риска. Где и как происходят случайные встречи и чем они заканчиваются? Об этом вспоминают сами разведчики.

 

 

В магазине на Бейкер-стрит

 

В один из туманных дней в Лондоне в небольшой телевизионный магазинчик на знаменитой Бейкер-стрит зашел представительный чопорный англичанин средних лет в строгом костюме со своей деловой партнершей-француженкой. Галантным кавалером, владеющим несколькими фирмами по изготовлению и продаже автоматов, торгующих различными напитками, другими мелкими товарами и ширпотребом, и заработавшим на этом миллионное состояние и звание сэра по высочайшему повелению королевы Англии был не кто иной, как Гордон Лонсдейл, он же – советский разведчик-нелегал Конон Трофимович Молодый, он же – «Бен». После удачно завершившихся переговоров он решил сделать даме небольшой подарок перед ее отъездом во Францию – телевизор.

В тот момент, когда выбор уже был сделан, покупка оплачена и оставалось только решить вопрос о доставке товара на пароход, отправляющийся вечером через Ла-Манш, неожиданно за спиной раздался радостный возглас на русском языке: «Конон!» Как ни в чем не бывало, Лонсдейл продолжал спокойно давать последние указания продавцу. Однако, спокойно ли? Обернувшись к даме и что-то говоря ей нарочито громко на английском языке, он краем глаза увидел возле входной двери своего однокашника Жору. В свое время они вместе пять лет проучились на китайском отделении института. Мало того, Жора плюс ко всему был женат на лучшей подруге жены Конона Трофимовича, так что знали они друг друга как облупленные. Вот только после окончания института не виделись. Жора все это время работал во Внешторге и из распространенной для всех информации знал, что Молодый работает по линии того же Внешторга в Китае. О его работе в разведке он даже не догадывался.

И вот через несколько лет такая неожиданная встреча. Жорка, весь радостный и сияющий, стоял у двери, раскинув в стороны руки, готовый броситься к другу с объятиями. Но тот, лишь бросив на него невзначай ничего не значащий холодный взгляд, продолжал общаться с женщиной, никак не реагируя. Тогда Жора, ничего не понимающий, но уже с издали зародившимися какими-то сомнениями, подошел ближе, положил руку на плечо, - хотя несколькими секундами раньше хотел схватить его в охапку и расцеловать, - и немного сконфуженно произнес: «Конон, ты что, оглох? Это же я, Жора!» И тогда Молодый, освободив плечо от его руки, очень спокойным голосом, как будто отмахиваясь от назойливой мухи, вежливо произнес на чистом английском языке: «Извините, я не знаю вас». Жора с вытаращенными глазами и повисшей рукой попятился назад, что-то под нос бормоча и тоже извиняясь. При этом француженка громко рассмеялась, взяла Лонсдейла под руку, и они удалились с магазина, что-то живо между собой обсуждая.

Эта история имела свое продолжение в Москве через много лет. После работы в Англии, ареста, четырех лет тюрьмы и обмена на английского разведчика Винна Конон Молодый вернулся на Родину, и его жена решила на Новый год собрать дома старых друзей. Естественно, пришла и лучшая подруга с мужем Жорой. И вот настал черед Жоре говорить тост. Он поднимается и начинает с того, что еще лет пять назад, будучи в Лондоне в краткосрочной командировке, как-то зашел на Бейкер-стрит в один из магазинов. Затем, повернувшись к Молодому, продолжил: «И вдруг я увидел возле прилавка, - Конон, ты в это не поверишь, - абсолютно похожего на тебя человека, прямо как двойника. Я уже ринулся было навстречу с объятиями, а он мне: экскьюз ми, обознались». И в завершение Жора провозгласил тост за удивительные совпадения и колоссальные возможности природы. Все выпили, поудивлялись, лишь Молодый с женой многозначительно переглянулись между собой.

Это уже гораздо позже, после съемок фильма «Мертвый сезон» Лонсдейла рассекретили, а до этого даже во время обмена он проходил как польский разведчик.

 

Главное – вовремя смыться

 

В том же Лондоне другой советский разведчик-нелегал Михаил Федоров в 1945 году чуть ли не лоб в лоб столкнулся, но уже не со старым другом, а со своей бывшей учительницей английского языка. В то время он работал в дипломатическом представительстве одного из иностранных государств, являясь по документам гражданином какой-то европейской страны. И вот однажды, как изложил Федоров в своих воспоминаниях, он шел по длинному коридору посольства, где размещались служебные помещения. Неожиданно вдали в сопровождении каких-то сотрудников появилась женщина, лицо которой ему показалось очень знакомым. В голове лихорадочно заработала мысль: «Где мы с ней могли встречаться?» И тут его осенило: «Да это же Ирена Мазовецкая – бывшая учительница!»

Однако радости это открытие ему не прибавило. Он буквально всем нутром ощутил, что близок к провалу. Если она тоже узнает его и при посольских работниках обратится к нему на русском языке как к бывшему ученику, пиши пропало. Времени на раздумья не оставалось. Что делать: развернуться и пойти назад, отвернуться к стене, подать ей какой-то предостерегающий знак, зайти в ближайший кабинет? Последняя мысль понравилась больше всего, но рядом находилась только комната шифровальщиков, которая всегда держалась закрытой и на ней висела табличка с надписью «посторонним вход воспрещен». Но медлить уже было нельзя, и он автоматически потянул за ручку двери, и … на удивление она открылась. «Что это у вас, ребята, дверь не закрыта? – спросил он первое, что пришло в голову. – Где сегодня обедаем?» Потом отпустил еще какую-то шутку, о чем-то отвлеченном спросил у знакомых ребят и повернулся к выходу. Надолго задерживаться здесь было нельзя. В коридоре взглядом проводил удаляющуюся женскую фигуру, но на этом не успокоился.

О случившемся Федоров сразу же доложил в Центр. Попутно сам стал выяснять причину появления в посольстве учительницы. Вскоре выяснил, что как сотрудник Министерства культуры Советского Союза она приехала в Англию в связи с организацией выставки национального прикладного искусства. А в «его» посольстве появилась разово для вручения пригласительных билетов. К счастью, никаких последствий эта встреча не имела.

 

Хороший друг – молчаливый друг 

 

А вот в иной ситуации «старый друг» таки узнал нашего разведчика, но… Впрочем, обо всем по порядку. Разведчик-нелегал из Украины Федор Ильич Хилько, об интереснейшей жизни и деятельности которого широкой общественности до сегодняшнего дня ничего неизвестно по причине того, что созданные им позиции за границей многие годы давали отдачу, как-то еще при жизни рассказывал в кругу близких коллег такую историю. В одной из дружественных стран он длительное время работал в важном для нашей разведки подразделении полицейской службы, занимая там не последнюю должность. Среди его обязанностей было участие в оформлении соответствующих документов гражданам, намеревающимся выехать на постоянное место проживания в другие страны..

Нужно иметь ввиду, что тогда еще не закончилась «холодная война», не был разрушен и «железный занавес» и решать такие вопросы людям приходилось чрезвычайно трудно. Скажем, один местный житель лишь с третьей попытки, и то благодаря проявившему участь в его положении Хилько, получил разрешение на выезд. Искренне благодаря Федора Ильича за помощь и на чем свет стоит понося в душе установленные порядки, он вскоре уехал на жительство в благополучную капстрану.

Через некоторое время в той же стране под видом преуспевающего местного бизнесмена появился с заданием и наш разведчик-нелегал. И надо же такому случиться, что на одной из неформальных встреч они оказались вместе за общим столом. Конечно же, бывший эмигрант сразу узнал чиновника, посодействовавшему ему в свое время в решении непростого вопроса. Некоторое время они незаметно для остальных красноречиво молча смотрели друг на друга. «Я сейчас не тот, за кого себя выдаю, - говорил взгляд Хилько, - но ты же не станешь об этом всем рассказывать. Какой тебе от этого прок? Я тебе в свое время оказал услугу, теперь ты окажи мне, и мы будем квиты». «В отличие от других чиновников ты оказался намного порядочнее тогда, - читалось во взгляде старого знакомого. – Без твоей помощи я, может быть, не сидел бы сейчас здесь. И мне совсем фиолетово, кто ты на самом деле и чем занимаешься. Хотя я примерно догадываюсь… Но ты можешь не бояться, я никому ничего не скажу».

Так они, многозначительно периодически поглядывая друг на друга, поддерживали общую тему беседы. Хилько вынужден был, следуя легенде, играть свою роль и придерживаться соответствующей линии поведения. Как бы между прочим он перебросился несколькими фразами и со своим бывшим знакомым, при этом нарочито демонстрируя ему, что они якобы видятся впервые. Тот полностью принял правила игры. Прощаясь, Хилько еще раз пристально посмотрел ему в глаза, пытаясь выразить своим взглядом благодарность.

Конечно же, после этого ему обо всем пришлось доложить в Центр, усилить конспирацию и принять дополнительные меры предосторожности. Но все обошлось благополучно. Старый знакомый оказался молчуном в лучшем смысле этого слова.

 

В нарушение конспирации

 

 Другой случай, произошедший в Париже, рассказал мне недавно генерал-майор в отставке, руководитель украинской разведки в 1960-1970-е годы Василий Емельянович Мякушко. В то время он работал под дипломатическим прикрытием в парижской резидентуре. Как-то из Центра пришла телеграмма с указанием передать пакет нашему человеку. Дело обычное: пакет приходит заранее по дипломатической почте, что в нем, никто не знает и знать не должен. В телеграмме указывается время, место встречи, приметы человека, пароль и отзыв. Требуется вовремя прийти на обусловленное место, не приведя за собой «хвоста», убедиться, что нет слежки за появившимся человеком, зайти за угол, быстро передать пакет и разойтись. Главная забота при этом уделялась получателю. Чаще всего в его роли выступал нелегал, которого ни за что нельзя было засветить.

- И вот я стою возле входа в кинотеатр, - вспоминает Василий Мякушко, - держу в левой руке оговоренный журнал и делаю вид, что кого-то дожидаюсь. Вдруг смотрю и глазам своим не верю: ко мне приближается однокашник по разведшколе Виктор Н. Мало того, что мы вместе учились в Москве, так еще и играли в волейбол, ходили в сауну, в общем, имели хорошие дружеские отношения. Он тоже обрадовался узнав меня, при этом даже не старался спрятать улыбки на лице. Подошел поближе и говорит: «Привет, Вася, тебе и пароль произносить?» А я, стараясь сдерживать эмоции, шикнул на него и таки потребовал назвать пароль и следовать за мной за угол. Там сразу незаметно передал ему пакет, спросили друг у друга, как дела, и я уже собрался уходить, но тут он вдруг неожиданно предложил:

- А давай вон в то кафе зайдем, хоть коньячка чуть-чуть выпьем за встречу.

- Да нельзя нам долго вместе находиться, - отвечаю, - это же нарушение всех правил конспирации.

- Послушай, - продолжал он, - ты, наверное, вечером приходишь домой к жене, к детям, вы вместе общаетесь, а я уже не один год болтаюсь один, за домом страшно соскучился.

- Говорит он это, а у самого на глазах прямо как слезы блестят, - рассказывает дальше Мякушко. – Жалко мне его стало, и я поддался на уговоры. Зашли мы в кафе, выпили кофе с коньяком, поговорили несколько минут и разошлись. Затем я сел в машину, а коллега, который нас подстраховывал и осуществлял контрраблюдение, сразу мне начал высказывать претензии: «Ты что себе позволяешь, так нельзя…» Я ему, конечно, объяснил ситуацию, но он все равно сказал, что будет докладывать обо всем руководству.

На следующий день Василия Мякушко вызвал к себе шеф. Когда он зашел, то увидел в кабинете вчерашнего напарника и сразу все понял. Пришлось опять все объяснять и оправдываться, но никакие доводы не помогали. Один «железный» аргумент строгого, но справедливого шефа все перекрывал.

- Представь себе, - поучал он, - вдруг через какое-то время у твоего Виктора случится провал, и начнут разбираться, анализировать каждый его шаг, каждую встречу и операцию за весь период работы. Дойдет и до этого случая. И может так случиться, что из-за своей глупости ты окажешься виноватым, засветив его перед контрразведкой.

В завершение беседы шеф пообещал обо всем доложить в Москву. Но сделал он это или нет, Василий Емельянович так и не знает. Зато урок из этого случая он извлек на всю жизнь и впоследствии не раз рассказывал об этом своим подчиненным, напутствия их перед отправкой за границу.

А с Виктором они позже как-то снова встретились, но уже в Москве. Вспомнили о том злосчастном эпизоде, отметив, что никому ничего за это не было и на этом хорошо, вот только бдительность терять не стоит ни при каких обстоятельствах.

 

Если друг оказался вдруг…

 

К сожалению, не всегда случайные встречи со старыми друзьями и товарищами за границей заканчиваются благополучно. Как вспоминает полковник Службы внешней разведки Российской Федерации Герой России Алексей Козлов, находившийся на нелегальном положении во многих странах, одна такая встреча дорого ему обошлась. Вернее, это была даже не встреча, а просто переданный привет от знакомого. Знакомым оказался не кто иной, как Олег Гордиевский. А было все так.

- Однажды как раз под Новый год, накануне возвращения на Родину – отпуск у меня начинался в январе, – вспоминает Алексей Козлов, - прилетел я из Тегерана в Копенгаген, встречаюсь с резидентом. Обменялись мы паспортами. Я дал ему свой «железный», с которым все время ездил, он мне – другой, который потом можно было уничтожить. Резидент поздравляет меня с Новым годом и с награждением «Знаком почетного чекиста». И добавляет: поздравляет тебя еще один общий знакомый, который здесь. Я его спрашиваю, кто же этот общий знакомый? Он говорит: Олег Гордиевский. Я спрашиваю его: откуда Олег Гордиевский знает, что я здесь? Ты, что ли, ему сказал? Или показал вот этот мой новый паспорт?

Оказалось, что как раз резидент и рассказал своему заместителю Гордиевскому о приезде общего знакомого и его награждении. А Козлов с Гордиевским ранее вместе учились в МГИМО. Правда, он был на два курса младше, но зато вместе работали в комитете комсомола. После учебы их пути ненадолго разошлись. Оба пошли в разведку, но об этом до определенного времени не знали. И вот роковой случай в Копенгагене. К тому времени, как стало известно позже, Гордиевский уже работал на английскую разведку. Так вот друг оказался вдруг…, почти как по Высоцкому.

А однокашника вскоре арестовали в ЮАР и подвергли жестоким пыткам в тюрьме. Он называл себя под другой фамилией, все отрицал, и лишь когда ему показали его фото с надписью на обороте «Козлов А.М.» он понял, что его кто-то предал. Но кто? В 1982 году его обменяли, и только когда в 1985-м сбежал Олег Гордиевский, все окончательно прояснилось. Вот тогда всплыла и история с обменом паспорта в Дании и с приветом от Гордиевского.

Вообще же случайные встречи – крайне неприятная и довольно опасная вещь для разведчика. Не один раз некоторым из них приходилось с сожалением отмечать, что мир наш действительно очень тесен…

 

Александр СКРИПНИК, („В мире спецслужб”, № 4(16), 2006 г.)

 

                                                                                                                                                                   


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-24  e-mail:  rass@intellectual.org.ua