НЕКОТОРЫЕ ОСОБЕННОСТИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОДРЫВНОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ СТРАН ЗАПАДА

  

 

Наша эпоха является не просто революционной эпохой: мы вошли в фазу новой метаморфозы всей человеческой истории. Мир стоит на пороге трансформации, которая по своим историческим и человеческим последствиям будет более драматичной, чем та, что была вызвана французской или большевистской революциями... В 2000 году признают, что Робеспьер и Ленин были мягкими реформаторами

 

З. Бжезинский, 1968 г.

 

 

В работе предполагается затронуть внешнюю сторону такого явления, как подрывная экономическая деятельность стран Запада, в первую очередь США, в том числе в отношении России. Работа не претендует на выявление причин, по которым в последнее время в информационное пространство стала допускаться уже и полуофициальная информация о деятельности некоторых стран и международных организаций по подрыву экономик.

 

Факты, приводимые такими экономистами, как лауреат нобелевской премии и бывший главный экономист Всемирного Банка Стиглиц, выход в свет книги Джона Перкинса (John Perkins) «Признания экономического убийцы» и пр. проливают свет на некоторые аспекты преступного воздействия западных стран на экономики ряда государств, среди которых и наша страна.

 

Во второй половине ХХ в. два аспекта глобализации, которую можно определить как процесс увеличения взаимозависимости государств, проявились в наибольшей мере – ценностный и экономический. Именно по этим направлениям развивалась борьба двух блоков – советского и западного.

 

Однако данное выше нейтральное определение глобализации не должно заставлять нас думать, что всё, что преподносят как составную часть этого процесса, оправдано с точки зрения морали, интересов нашей страны, интересов человечества в целом. Дело в том, что конкуренция цивилизаций существовала всегда, а глобализация – это форма, в которую эта конкуренция облекается. Таким образом, объективность процесса глобализации не должна скрывать от нас того факта, что сущностное её наполнение всегда зависит от того, какая страна, какая цивилизация в конкретный исторический момент имеет более широкие возможности для проецирования своей политической, экономической и пр. силы.

 

Применительно к сегодняшнему дню мы должны одновременно признать как несомненную объективность процесса усложнения взаимозависимости всех элементов мировой политико-экономической системы, хотя бы в силу научно-технического прогресса, так и насущную необходимость формирования более внятного образа нашей страны как модели развития для других стран (что являлось непременной и естественной составляющей существования как Российской Империи, так и Советского Союза). Это связано не только с вопросом сохранения России как полноценного субъекта исторического процесса, но и с тем, что те ценности, на основе которых миру предлагают существовать сторонники либерального антропоцентричного проекта, означают, в конечном счете, полное или частичное лишение большинства людей личной, духовной и экономической свободы. Не говоря о «промежуточных этапах» этого процесса, как демонтаж государственного суверенитета, присвоение экономических активов зависимых государств, слом культурной идентичности, разрушение семьи.

 

Экономическая деятельность одного из основных проводников западного либерального цивилизационного проекта - Соединённых Штатов Америки – лишнее доказательство той опасности, которую этот проект представляет для нашей страны и для остального мира.

I

История показывает, что с древнейших времён функции, например, купца и военного с точки зрения внешней политики государства имели гораздо больше общего, чем можно предположить исходя из природы их профессий. Для понимания реальности недостаточно  выявить лишь формальные признаки субъекта политических отношений – государственную принадлежность, сферу деятельности, принадлежность к государственному или частному сектору.

 

Биография Джона Перкинса, автора книги «Признания экономического убийцы», приоткрывает ряд фактов, позволяющих с большей уверенностью говорить о наличии «воли» или «силы», претендующей на определение хода развития событий в мире. Наша страна, открывшись определённым зарубежным веяниям и установкам, уже испытала на себе разрушительное влияние этой силы.

 

По словам Перкинса, в начале 50-х усилиями внука Теодора Рузвельта сотрудника ЦРУ Кермита Рузвельта в Иране было свергнуто правительство Моссадыка. Переворот обошёлся очень малой кровью и стоил американцам несколько миллионов долларов. Преимуществом такого способа работы было, прежде всего, отсутствие необходимости использовать военную силу, что снижало риск военной конфронтации с СССР. Однако принадлежность «экономических убийц» к разведывательным органам США могла вызвать ненужные последствия в случае их провала. Поэтому ЦРУ и АНБ, в конце 60-х завербовавшее и студента школы бизнеса Джона Перкинса, 1946 г.р., обеспечивало такого рода агентам прикрытие в виде частных компаний в сфере консалтинга, инжиниринга, строительства и пр.

 

Перкинс служил в Корпусе Мира, где освоил ряд амазонских диалектов. После этого он перешёл на работу главным экономистом в компанию Час Т. Мейн (Chas T. Main). В действительности, его основной задачей являлось кредитование правительств других государств. Кредит должен был быть таких размеров, чтобы кредитуемая страна никогда не сумела его выплатить. При этом порядка 90% финансовых средств могли и не перечисляться в страну.

 

Они шли непосредственно на счета американских компаний, например Халлибёртон (Halliburton) или Бехтель (Bechtel), под инфраструктурные контракты с которыми и выдавались кредиты. (Несложно догадаться, что возводимые объекты инфраструктуры строились в отрыве от реальных потребностей экономики принимающей стороны, с учётом той роли, которую ей отводят США в деле обеспечения американских экономических интересов в будущем).

 

Далее, объясняет Перкинс, страна-должник, будучи не в состоянии отвечать по своим обязательствам, становится послушной, когда требуется поддержка США при голосовании в ООН, соглашается на строительство американских военных баз на своей территории, даёт доступ к своим природным ресурсам.

 

Особое место в воспоминаниях Перкинса занимают Эквадор и Панама. С президентами этих стран Джейми Рольдосом и Омаром Торрихосом Перкинса связывала искренняя дружба.

 

Эквадор привлёк внимание США из-за богатых нефтеносных месторождений Амазонки, которые могли бы стать альтернативой ближневосточной нефти. Сегодня примерно половина экспорта Эквадора – нефть. Под руководством консорциума, организованного усилиями «экономических убийц», сооружается 500-километровый нефтепровод, который позволит Эквадору стать одним из десяти ведущих поставщиков нефти в США.

 

Перкинс с болью пишет об уничтожении уникальных флоры, фауны Амазонии, войне, которую ведут местные индейцы против тех, кто захватывает их земли. При этом и в экономическом отношении положение жителей Эквадора не улучшилось. Так, начиная с 70-х, официальный уровень бедности возрос с 50% до 70%, безработицы или неполной занятости – с 15% до 70%, государственного долга – с 240 млн. долл. до 16 млрд. долл. Доля беднейших слоёв населения в распоряжении национальным богатством сократилась с 20% до 6%. Из каждых 100 долл., добываемых в виде нефти, нефтяные компании получают 75. Из оставшихся 25 долл. ¾ используются на оплату внешнего долга. После вычета расходов на армию и деятельность администрации остаётся 2,5 долл. на социальную сферу.

 

Работая в Панаме с Торрихосом, который отстоял право своей страны контролировать Панамский канал, Перкинс подготовил проект, стоимость которого была не так завышена, как это обычно происходило при навязывании странам американских инфраструктурных проектов. Недовольство Час Т. Мейн и рейгановской администрации действиями Торрихоса, стремившегося проводить менее зависимый от США курс, по мнению Перкинса, привели к тому, что он был убит ЦРУ. Его самолёт был взорван в воздухе.

 

Та же судьба постигла президента Эквадора Джейми Рольдоса. Общая схема, как её описывает Перкинс, такова: сначала действуют «экономические убийцы»; в случае их неудачи «шакалы» ЦРУ пытаются физически устранить неудобного государственного деятеля; в случае их провала и при необходимости в страну вводятся войска (так произошло с Ираком).

 

Помимо Латинской Америки, Перкинс работал в Иране, Саудовской Аравии, Индонезии.

 

Так, в Саудовской Аравии, куда он был направлен после кризиса 1973 г., его миссия заключалась в том, чтобы представить правящей династии проект того, как расцветёт их страна, если вложить средства в инфраструктуру, которую создадут американские компании. Необходимо было обеспечить, чтобы нефтедоллары вкладывались в американские государственные ценные бумаги, а проценты по ним шли на оплату работ, производимых американскими компаниями в Саудовской Аравии. При этом саудовская правящая династия должна была сохранять цены на нефть на приемлемом для США уровне, а США не предпринимали бы действий против саудовской королевской семьи. По мнению Перкинса, сговорчивость саудовцев предопределило то, что они не оказались на месте Ирака.

 

По словам Перкинса, большую часть средств для операций «экономических убийц» предоставляют МВФ и ВБ.

 

В результате развивающиеся страны, на заре своей независимости почти не имевшие внешней задолженности, сегодня должны погасить порядка 2,5 трлн. долл. По данным, приводимым Ф. Кастро, между 1982 и 2003 годами, то есть за 21 год, бедный мир выплатил 5,4 триллиона долларов за обслуживание долга, что означает, что его теперешний объем был выплачен богатым странам более чем дважды.

 

Как пишет С.А.Морозов в статье «Трансформация трудовых отношений в условиях мировой глобализации»: «В 1960 году разрыв между доходами 20% самых богатых и 20% самых бедных стран мира составлял 30:1. Он вырос вдвое: до 60:1 в 1990-м, а затем до 74:1 в 1997-м и продолжает расти. По данным Всемирного банка, уровень доходов стран Африки в течение последних 20 лет снижался на 0,7% в год, в то время как доходы развитых стран ежегодно увеличивались на 2%. Спад в странах с переходной экономикой, к числу которых относится и Россия, достиг еще более впечатляющих величин. Наряду с этим ускоренно расширяется пропасть между доходами различных категорий населения внутри стран. Соответственно нарастает социальное напряжение - как в национальном, так и в глобальном масштабе».

 

О схожих схемах навязывания своей воли рассказывал и журналист БиБиСи (BBC) и «Обсервер» (“Observer”) Грег Паласт. Он, ссылаясь на Стиглица, приводил пример Эфиопии: МВФ и Всемирный банк (ВБ) выдают ей кредит и настаивают на вложении полученных средств в гособлигации США под 4% годовых. В то же время страна, чтобы справиться с финансовыми проблемами, вынуждена заимствовать доллары под 12% годовых, вместо того чтобы использовать полученные от МВФ деньги. Таким образом, стабилизационный кредит МВФ и ВБ фактически идёт на поддержание финансовой системы США, одновременно привязывая страну-должника к этим финансовым организациям.

 

В этой связи нельзя не вспомнить о решении российского правительства вложить часть средств стабилизационного фонда в государственные облигации развитых стран. Эти облигации безрисковые, и процент по ним очень низок. В случае же нехватки средств в российской экономике не исключено, что правительство будет вынуждено прибегнуть к заимствованию под более высокий процент. Не говоря уже о том, что таким решением средства стабилизационного фонда фактически выводятся из российской экономики и работают на кредитование под низкий процент экономики развитых стран.

 

Странным образом наиболее экономически преуспевающая страна – США – является одновременно и крупнейшим международным должником. Вот что пишет, например "The New York Times" в статье “The True Cost of Hegemony: Huge Debt”, опубликованной на сайте inosmi.ru 22 апреля 2003:

 

«Иностранные инвесторы сейчас претендуют примерно на 8 триллионов финансовых активов США (включая корпоративную задолженность - НАМАКОН). Это результат растущего американского дефицита платежного баланса, достигшего с 1982 года 3 триллионов долларов. В прошлом году дефицит платежного баланса - разница между входящим в страну и исходящим из нее потоками денежных средств - составлял около 5 процентов ВНП. В этом году он может еще увеличиться».

Как пишет The Wall Street Journal, иностранные инвесторы, согласно данным Министерства финансов, держат сейчас в частных руках примерно две пятых федерального долга - вдвое больше, чем 10 лет назад.

 

На недавней пресс-конференции Кеннет С. Рогофф (Kenneth S. Rogoff), главный экономист Международного валютного фонда, говоря об американской финансовой зависимости от иностранных инвесторов, сказал, что он был бы «весьма озабочен», если бы «у какой-нибудь развивающейся страны был бы такой большой дефицит платежного баланса - 5 и более процентов - год за годом насколько хватает глаз, а ее бюджет все больше писался бы не черными, а красными чернилами». Разумеется, добавил он, США - это не «отсталый рынок». Но, подвел он итог, «по крайней мере, малая толика этих расчетов применима и к ним».

 

Министерство финансов Соединенных Штатов распространило отчет, согласно которому дефицит федерального бюджета США достиг в 2004 году (финансовый год в США заканчивается 1 сентября) рекордной суммы в 413 млрд. долларов. Это на 22% больше, чем в прошлом году, когда дефицит также был рекордным.

 

Государство обладает рыночными активами (которые не включают объекты военной инфраструктуры) на сумму 1 трлн долларов. Обязательства же составляют 8 трлн. Кумулятивная сумма долга составляет 7 трлн. при ВВП в 10.68 триллиона долларов[1].

 

Сейчас совокупный внешний долг всех стран третьего мира, вместе взятых, примерно в три раза меньше, чем долг правительства США. Помимо правительства США, свои долговые обязательства в огромных количествах выпускают правительства других развитых стран, правительства отдельных штатов, провинций, земель, главы городов и муниципалитетов этих стран.

Совокупный внешний долг американских корпораций, местных органов власти и частных лиц, составляет порядка 25 триллионов долларов.

 Сложно представить себе человека, которому давали бы в долг суммы, во много раз превышающие его активы. Однако с США такой номер проходит, и связано это с тем, что американцам удалось обеспечить доллару статус мировой валюты. Этот статус не связан ни с внутренним производством, ни с запасами золота или какого-либо другого актива. Он связан лишь с тем, что подавляющее большинство международных операций осуществляется в долларах, активы значительного числа экономических институтов, особенно центральных банков, вложены в государственные облигации Казначейства США[2]. Таким образом, реальное наполнение доллара активами ничтожно. Но в случае возникновения тенденции стремления цены доллара к его действительной стоимости произойдёт обесценение активов всех институтов, чьи средства вложены в гособлигации США. И если раньше кредитор брал расписку должника и знал, что долг обеспечен его собственностью; если бумажные деньги государства имели так называемый «фидуциарный» (доверительный) характер – например, на советских банкнотах стояла пометка «банковские билеты обеспечиваются золотом, драгоценными металлами и прочими активами государственного банка», то доллар – «расписка Федерального резерва» - носит характер, основанный скорее не на доверии, а на страхе перед коллапсом экономики в случае его падения до своей реальной цены.

Необходимо добавить, что не только не существует реальных товаров или каких-либо прочих активов, обеспечивающих циркулирующую в экономике долларовую массу, но и расчёты представляют собой простые записи на счетах. Что мы видим в сухом остатке? Стране навязывается кредит. Средства списываются со счёта Казначейства США и записываются на счёт американской компании (или списываются со счёта международной организации – МВФ, ВБ - и записываются на счёт Казначейства, выпускающего ничем не обеспеченные облигации на соответствующую сумму, облигации передаются стране-должнику, у которой возникает долг перед МВФ/ВБ на соответствующую сумму). В стране-должнике силами компании, на которую записали деньги, осуществляется инфраструктурный проект в отрыве от реальных потребностей экономики этой страны. Не имея возможности оплатить долг, страна даёт США доступ к своим реальным материальным ресурсам (подробнее по этому поводу см. свидетельства Паласта, Перкинса). США получает это за счёт нескольких записей на счетах. Разумеется, схемы могут быть проще или сложнее, разветвлённее, включать в себя и политическую составляющую.

 

Нелишне напомнить, что страны, имеющие политическую волю отказаться от игры по правилам международной финансовой олигархии, добиваются успеха в экономике и остаются независимыми. Примечателен пример Китая. По данным Оксфордского ученого Андрэ Болто, Китай имел самую крупную экономику за весь период "писаной истории". У него же были самые высокие доходы на душу населения до 1500 г. и оставались наибольшими до 1850 г., пока Китай не был захвачен Британией. До 1830 г. на Китай приходилось 30% мирового производства, который упал до 3--4% в первой половине XX века. Сегодня независимый Китай демонстрирует темпы экономического роста порядка 7-10 % в год. За последние 30 лет он в 15 раз увеличил свой ВВП[3]. Ежегодный профицит торговли с США составляет 200 млрд. долл. – около трети всего дефицита сальдо внешней торговли США.

 

Кстати, в 1985 г. Китай отверг кредит ВБ в размере 200 млрд. долл. То же верно относительно Индии. Примеры Чили, Аргентины, Эквадора и многих других, казалось бы, должны были заставить наших реформаторов в начале 90-х более критично подойти к вопросам применения либеральных рецептов в экономике России. Однако, говоря по справедливости, не столько скудоумие и экономическая неграмотность российской элиты сыграли свою роль в разрушении нашей экономики, сколько их заинтересованность в этом процессе.

 

В конце октября 1991 г. Ельцин заявил: «Мы готовы немедленно, во взаимодействии с зарубежными специалистами, открыть стратегические данные, необходимые для вступления в международные организации, принять основные принципы, заложенные в уставе Международного валютного фонда. Мы официально обратимся в МВФ, Мировой банк, Европейский банк реконструкции и развития, чтобы пригласить их к разработке детального плана по участию в экономических реформах» («Российская газета», 29.10.91). К тому моменту консультанты указанных организаций уже были советниками властей РФ[4].

 

Как мы видим, решение об открытии экономики навстречу международным экономическим организациям и стоящим за ними силами – прежде всего политическое. По пути независимости идут даже такие маленькие страны, как Куба. И кто, как не Россия, мог бы претендовать на проведение полноценной независимой политики, направленной на обеспечение своих интересов и интересов своих союзников.

 

Однако уже к началу 90-х в советской и российской элите была накоплена та критическая масса человеческого материала, позволившая Западу перейти к откровенному взлому всех систем нашего государства, включая и экономическую. Это стало практическим воплощением директивы Совета национальной безопасности США №68, представленной и одобренной президентом Трумэном 7 апреля 1950 года. В директиве, в частности, отмечалось: "Нам нужно вести открытую психологическую войну с целью вызвать массовое предательство в отношении Советов и разрушать иные замыслы Кремля. Усилить позитивные и своевременные меры и операции тайными средствами в области экономической, политической и психологической войны с целью вызвать и поддержать волнения и восстания в избранных стратегически важных странах-сателлитах (на это, например, была направлена программа ЦРУ «Сплинтер» («Осколок») - НАМАКОН)"[5].

 

С изменением международной обстановки и достижением США своих целей в отношении СССР получила развитие и правовая база, отражающая намерения американской администрации. НАМАКОН уже приводил выдержки из т.н. “Акта о свободе для России и возникающих евразийских демократий и поддержке открытых рынков” за № S. 2532. Утвержден Сенатом и Палатой представителей, собравшимися на 2-ю сессию 102-го Конгресса 2 июля 1992 года. Вот, в частности, некоторые положения этого закона:

 

Статья 136. Развитие бизнеса и коммерции в бывшем Советском Союзе.

 

(а) Выводы - конгресс находит, что -

 

(1) количество рабочих мест и конкурентоспособность Соединенных Штатов возрастут, если бизнес и сельское хозяйство США будут играть существенную роль в развитии рыночных экономик независимых государств бывшего Советского Союза;

 

(2) в интересах Соединенных Штатов, чтобы все программы помощи были составлены с целью максимизировать закупку товаров и услуг Соединенных Штатов; 

(4) активное участие бизнеса Соединенных Штатов в развитии коммерции в бывшем Советском Союзе создаст новые рынки и рабочие места для Соединенных Штатов одновременно с ускорением развития в этих странах;

(5) помощь в рамках настоящего Акта должна рассматриваться как вклад в экономическое будущее одновременно и Соединенных Штатов, и независимых государств  бывшего Советского Союза;

 

(6) Правительство Соединенных Штатов может сыграть важную роль в помощи экспортерам Соединенных Штатов на быстро изменяющихся и высоко конкурентных рынках независимых государств бывшего Советского Союза;

 

(8) в интересах американских деловых кругов и независимых государств бывшего Советского Союза, чтобы Правительство Соединенных Штатов незамедлительно действовало с целью

 

(а) открытия новых консульств в этих государствах, особенно в тех, где их открытие уже запланировано; и

 

(б) обеспечения своевременной выдачи виз.

Статья 148. Ограничение на закупку товаров и услуг за пределами США.

(а) Общее  - Статья 604 Акта 1961 об иностранной помощи изменяется и отныне звучит так:

 

-Соединенные Штаты будут проводить политику, чтобы организация, в первую очередь отвечающая за исполнение части I настоящего Акта, при приобретении товаров и услуг в соответствии с настоящим Актом отдавала предпочтение, кроме ограниченных обстоятельств, описанных в настоящей статье и статье 636, закупке товаров, произведенных, выпущенных или изготовленных в Соединенных Штатах, и услуг, предоставляемых фирмами Соединенных Штатов.

 

(б) Приобретение механических транспортных средств - Статья 636(I) Акта 1961 об иностранной помощи изменяется и будет звучать так:

 

(ш) (I) Невзирая на любое другое положение закона, ни один из фондов, предоставляемых для выполнения настоящего Акта, не будет использоваться для финансирования покупки, продажи, долгосрочной аренды, обмена или гарантии продажи механических транспортных средств, если эти механические транспортные средства не изготовлены в Соединенных Штатах.

 

(д) … Часть III  Акта 1961 г об иностранной помощи изменяется путем вставки после статьи 604 следующей новой статьи 604А:

 

(а) Администратор создаст в организации отдел “Бай-Американ” с целью максимизации участия бизнеса Соединенных Штатов в процессе развития путем обеспечения соблюдения данной организацией правила “Покупай-американское” во всех ее закупках.

 

В статье 102 Закона о Свободе отмечено: “Координатор помощи, оказываемой США новым независимым государствам (ННГ), несет ответственность за разработку стратегии в области оказания технической помощи и проведения экономического сотрудничества с независимыми государствами бывшего Советского Союза”.

 

Содержание этого акта ещё раз со всей ясностью демонстрирует, как политические меры способствуют обеспечению экономических интересов. Соответственно, именно инфильтрация советской, а затем и российской элиты элементами, готовыми работать на западные страны, привела к параличу политической воли, наблюдаемому до сих пор, обусловившему коллапс как экономики, так и многих других сфер существования нашего государства.

 

Чем оборачивалась техническая помощь, деятельность консультантов, мы уже видели на многочисленных примерах. Однако СССР был не просто очередной страной, богатой природными ресурсами, наподобие латиноамериканских или ближневосточных государств, которые принуждались к обслуживанию экономических интересов США. Советский Союз обладал потенциалом, во многих областях превосходившим американский. Поэтому США требовалось и требуется не только «отформатировать» российскую экономику таким образом, чтобы она оптимальным образом встраивалась в систему обеспечения их потребностей, но и присвоить накопленное Советским Союзом богатство, а также обезопасить себя от возможности возрождения России как глобального конкурента Соединённых штатов[6].

 

Технически это достигается как деятельностью западных ТНК по овладению российскими активами, так и работой международных экспертов и консультантов, обеспечивающих «правильный» курс российских управленцев, прежде всего высшего политического звена. Здесь можно вспомнить деятельность Перкинса, служившего в АНБ под прикрытием коммерческой фирмы.

 

Элементы операции по подрыву экономики примерно те же, что и в других странах: пропаганда экономического либерализма, отказ от государственного регулирования рынков факторов производства, от защиты внутреннего производителя, дробление государственных монополий, сдерживание роста доходов населения, приватизация. Эти меры, тем более проводимые коррумпированными завязанными на Запад властями, обуславливают разрушение экономики и захват её наиболее лакомых кусков зарубежными фирмами и работающей в их интересах местной элиты.

 

Молодые идейные сторонники западных ценностей, которые сформируют со временем советскую элиту, - таково было одно из направлений работы спецслужб Запада, в особенности США, на нашей территории. Из диссидентских экономических кружков вышли сотни и тысячи поклонников либерализма, на разных уровнях проводивших в жизнь интересы своих зарубежных спонсоров, не забывая и о своих. Кто-то из них стал просто знаменем российских реформ.

 

Так, созданный в декабре 1991 г. Центр экономических реформ – одна из многочисленных организаций, курировавшихся Чубайсом и его командой. В отношении этого центра в справке СБП от 1994 г., теперь опубликованной в интернете, сообщалось: «После выхода постановления №593 [о придании центру статуса Центра при Правительстве РФ] с помощью своего отдела кадров Центр стал активно комплектоваться. На работу оформляются бывшие сотрудники МВД и ГРУ. Центр является полностью самостоятельной структурой, имеет самостоятельный баланс, текущие счета, печать. Источники отмечали, что уже сейчас сотрудники Центра активно занимаются коммерческой деятельностью, а также работают на депутатский корпус, оказывая помощь в подготовке к избирательной компании. Права Центра достаточно широки. Согласно положению он может запрашивать и получать информацию от федеральных органов исполнительной власти, предприятий, организаций и учреждений, участвовать в работе федеральных органов исполнительной власти, - выполнять информационно-аналитические работы. Естественно, что в информационный массив Центра попадали и будут попадать материалы секретного характера. Работа же по системе получения, учета, хранения и реализации секретных сведений не налажена. Большинство сотрудников не имеют допуска, позволяющего работать с секретными документами».

 

В этой же справке со ссылкой на Собчака содержится информация о том, что Запад рассматривал Чубайса как кандидата в Президенты. Его кампания могла бы финансироваться из-за рубежа через несколько тысяч московских брокерских фирм. Видимо, впоследствии западные силы предпочли сохранить Чубайса как гаранта продолжения курса реформ в том или ином виде. Принципиально важно, что независимо от того, какой риторики придерживается власть, в соответствии с достигнутыми ещё при Ельцине договорённостями этот человек является для Запада гарантией того, что курс на обеспечение интересов Запада будет продолжен российскими властями.

 

Среди контактов Чубайса непосредственно с представителями западных спецслужб в докладе называются Д.Скотт, Дж. Хей (В 1991-м г. назначен старшим советником Госкомимущества, оказал огромное влияние на разработку стратегии реформ и принятие решений российской исполнительной властью). Кроме того, «Российский центр приватизации (РЦП)… находится под контролем иностранных советников, связанных с разведслужбами своих стран.

 

Практически весь иностранный советнический аппарат перешел из Госкомимущества в РЦП. На период ваучерной приватизации иностранные советники, в частности, профессор Гарвардского университета Андрей Шлейфер и его протеже Джонатан Хей (начальник отдела экспертизы и технической помощи ГКИ) подозревались в причастности к американским спецслужбам. Указанные лица "отличились" на первом этапе приватизации предприятий ВПК. Имея поддержку в лице председателя Госкомимущества, они активно лоббировали интересы западных и, в первую очередь, американских фирм. В результате чего иностранные фирмы распространили свое влияние и стали владельцами многих стратегически важных, конкурентноспособных объектов ВПК. Среди них можно назвать проданные за бесценок АО "Аврора", бывший завод оборонного профиля, а также уникальный по своему назначению НИИ "Графит" - главный разработчик стратегических графитов в стране и обладатель новейших технологий "самолетов-невидимок", космической техники, не имеющей аналогов в мире. В настоящее время это уникальное производство практически закрыто. Контрольный пакет акций "Графита" приобрела подставная фирма "Граникс", зарегистрированная в бывшем исполкоме Краснопресненского района г. Москвы. Фактическим хозяином этого оборонного объекта стал гражданин США Джонатан Хей. деньги которого использовались "Граниксом".

 

Иностранные советники, работая в Госкомимуществе, имели доступ ко всей информации по производственным мощностям, видам выпускаемой продукции, техническим разработкам по приватизируемым предприятиям России, в том числе оборонного профиля. Сейчас, став советниками РЦП, они имеют еще большую возможность по сбору информации и нейтрализации уникальных предприятий ВПК РФ…»

 

Энн Уильямсон в своей книге «Зараза» сообщает, что среди западных организаций, финансировавших РЦП были: USAID (Агентство Соединенных Штатов по международному развитию), TACIS (Программа Евросоюза для технического сотрудничества и развития в странах Восточной Европы и СНГ), the British Know-How Fund (английский правительственный фонд Ноу-Хау), Германия, Япония, неправительственные организации. Некоторые, такие, как Всемирный банк и Европейский банк реконструкции и развития, открывали кредиты для этих несуществующих структур. По информации Ж. Видел, научного сотрудника Института европейских, российских и евроазиатских исследований Университета им. Дж.Вашингтона, с помощью Института международного развития при Гарвардском университете (Harvard Institute for International Development - HIID), РПЦ получил около 45 миллионов долларов от USAID и миллионы от Европейского союза, отдельных европейских правительств, Японии и других стран, а также займы от Мирового банка[7] (на 59 миллионов долларов) и Европейского банка реконструкции и развития (на 43 миллиона).

 

В исполнение положений Акта о свободе в России 1992 г., как сообщалось в американской прессе, Агентство Соединенных Штатов по международному развити (USAID) в 1992 году выделило Институту международного развития при Гарвардском университете (HIID) 2,1 миллиона долларов на поддержку приватизации. Главным по данной программе был назначен Шлейфер, а Хей стал его заместителем. В течение следующих пяти лет объем контрактов Института международного развития с USAID вырос до 57 миллионов долларов - Гарвардскому университету достались гранты на реформирование юридической системы России и создание рынка капитала[8].

 

Как сообщает американский политолог Дж. Уэдель, проофессор института Европы, России и Евразии Джорджа Вашингтона, в своей аналитической работе «Клановые организации и экономическая помощь США», опубликованной в переводе в газете «Завтра» 18.03.1997 г., «USAID основало сеть “частных” организаций, которые могли бы помочь реформаторам заменять такие каналы по принятию решений, как парламент, и обходить такие законные органы правительства, как министерства… В связи с этим политика США по предоставлению помощи сконцентрировалась на поддержании конкретных реформаторских мер за счет различных способов и институтов». И далее: «В ответ на вопрос: «кто такие реформаторы России и как вы можете знать, что они из себя представляют», представитель USAID Т. Дайн выделил конкретных лиц, связанных с Санкт-Петербургской группой: «Очевидно, что это Чубайс и все его соратники... Бойко, Васильев, Орехов... Эти ребята незаменимы для нашей деятельности... Если Максим Бойко говорит мне, что X, Y и Z — реформаторы, я ему верю»».

 

Далее о структуре связей российских реформаторов и зарубежных спонсоров:

«HIID (Институт международного развития при Гарвардском университете) являлся важным связующим звеном между институтами, оказывающими помощь, “донорскими” организациями.

 

Джонатан Хэй, один из “ярких молодых Гарварда”, является представителем HIID и тесно работает с членами Санкт-Петербургской группы. Дж. Хэй выступает как связующее звено между группой из Санкт-Петербурга и всем сообществом, получающим помощь. Он не только руководит Гарвардским Проектом, но проводит переговоры с USAID и другими “донорами” от имени русских. По его словам, он видит свою роль в том, чтобы в политике придерживаться правой ориентации и довести это до сознания “доноров”, что предполагает среди прочего оказание помощи Чубайсу и остальным в подготовке запросов для руководства USAID, отражающих намерения русских…

 

В самом деле Гарвардский Проект в России приобрел особый статус в бюрократической структуре США, занимающейся вопросами оказания помощи, и ему гарантированы условия, существенно отличающиеся и значительно более выгодные, чем у других проектов подобного рода... Будучи главным “получателем” помощи, а также контролером некоторых других “подрядчиков”, некоторые из которых являются его конкурентами, HIID стал структурой, дающей рекомендации в том, какую политику следует проводить США в плане оказания помощи по проведению российских рыночных реформ. Периодически HIID выступает от лица группы из Санкт-Петербурга, временами от себя самого как одного из “подрядчиков” проектов помощи, а иногда как “подрядчик”, руководящий проектами “подрядчиков”-конкурентов. Таким образом, с точки зрения США, HIID оказывается в той ситуации, когда существует конфликт интересов...

 

Имея поддержку USAID, отношения между группой Санкт-Петербурга и Гарвардским Проектом основаны на преданности друг другу и взаимозависимости: каждая из этих структур открывает доступ другой. Группа Санкт-Петербурга обеспечивает “проход” HIID в Россию и дает ей возможность заручиться политическим влиянием и контактами в правительстве России. В свою очередь HIID дает возможность группе из Санкт-Петербурга получить доступ к “ушам и глазам” определяющих политический курс деятелей США и долларам, отпускаемым на оказание помощи, хотя члены группы из Санкт-Петербурга уже имеют свои собственные контакты и теперь зачастую самостоятельно на них выходят.

 

Если члену этого партнерства не удается получить “добро” в одной организации, он часто обращается в вышестоящую структуру (или обходит ее) и делает это до тех пор, пока ему действительно не удается добиться своего и получить положительный ответ. Если его не выслушивают так, как ему бы этого хотелось, или если ему отказывают на более низкой инстанции или в местном отделении USAID, он может непосредственно обратиться в высшую инстанцию, зачастую к Ричарду Монингстару, который является координатором по оказанию помощи СНГ, Государственный департамент США. Дж. Хэй, Максим Бойко, Дмитрий Васильев и Руслан Орехов — все посетили Вашингтон, чтобы побеседовать с Moнингстаром или убедить его, когда их “тормозили” в какой-либо из низших инстанций. Некоторые, занимающие высокое положение официальные лица в этой “командной цепочке” исполнительной власти США, активно отстаивают роль HIID в России.

 

Группа Санкт-Петербурга и HIID не просто верны друг другу, но рассматривают преданность как стратегию успеха. Высшие должностные лица, занимающиеся вопросами предоставления помощи, подтверждают, что после того как в январе 1996 года Ельцин снял Чубайса с должности первого заместителя премьер-министра, HIID занесла его фамилию в свою платежную ведомость.

 

В ответ на вопрос “почему фамилия Чубайса была внесена в платежную ведомость USAID-HIID?” — заместитель администратора Т. Дайн ответил, что “гарвардские ребята заявили, что они могли бы использовать его как консультанта”. (Известно, в том числе и из мемуаров Перкинса, что «консультантами», в действительности лишь проходящими по платёжной ведомости, часто становятся те, которым платят за ту полезную работу, которую они сделали, и неразглашение информации о ней – НАМАКОН).

 

Аналогичная ситуация сложилась, когда Стэнфордский, а не Гарвардский университет смог получить контракт, по которому предстояло работать с Федеральной комиссией, руководимой Дмитрием Васильевым. Этот член группы Санкт-Петербурга отказался от помощи Стэндфордского университета. В ответ на вопрос “почему Васильев отверг этот проект?”— директор HIID А. Шлейфер ответил, что у Васильева “есть группа лиц, с которыми он работает. А представители Стэнфорда известны своим чрезвычайно отрицательным отношением к приватизации... Он не хотел работать с ними”.

 

Таким образом, создается впечатление, что партнерство между группой из Санкт-Петербурга и HIID фактически действует “без сучка, без задоринки”… Оказавшись “под огнем” критики со стороны соотечественников за свою государственную политику или неправильное использование средств, группа из Санкт-Петербурга может оправдаться тем, что все решения принимают американцы. Точно так же “доноры” могут утверждать, что все решения принимают именно русские»[9].

 

Владимир Полеванов, сменивший Чубайса на посту главы ГКИ (после чего тот и перешёл в созданный им в 1992 г. РЦП), в интервью газете «Аргументы и факты» так говорил об этом времени: «Когда в ноябре 94-го я стал председателем Госкомимущества, меня поразило несколько вещей. В учреждении работали и имели постоянные пропуска 32 сотрудника американских фирм — и русские и американцы, — которые имели доступ в святая святых: компьютерный центр ГКИ. То есть они заранее получали информацию (какой конкурс готовится, какие условия будут выставлены), что давало им огромные преимущества и делало победу предопределенной.

 

Причем один из этих американцев — Джонатан Хэй — как официально, секретными письмами, докладывала мне контрразведка, являлся кадровым разведчиком ЦРУ. Лубянка просила удалить Хэя из Госкомимущества, но когда я попытался его убрать, то столкнулся с жесточайшим сопротивлением Чубайса…»

 

Как сообщалось в ряде публикаций, приватизация предприятий военно-промышленного комплекса привела к массовой утечке новейших технологий, уникальных научно-технических достижений практически даром на Запад. В целом Запад приобрел в России столь большой объем новых технологий, что НАТО учредила для их обработки специальную программу.

 

Так, американская фирма "Ник энд Си Корпорейшн" через подставных лиц купила пакет акций оборонных предприятий, среди которых АО "Курский прибор" (16 процентов), "Авионика" (34 процента), "Тушинский машиностроительный завод" (16,3 процента), МПО им. Румянцева (8 процентов), АО "Рубин" (6,89 процента). Всего "Ник энд Си" приобрела пакеты акций девятнадцати крупнейших оборонных предприятий.

 

В этот же период команда Чубайса активно занижала государственную долю в стратегических предприятиях, соответственно увеличивая долю, продаваемую западным покупателям. Так, доля государства в оборонном АО "НИИ "Дельта" была снижена с 22,5 процента до 17, а в Иркутском авиационном ПО - с 25 процентов до 14,5. А при продаже акций НПО "Энергия" большинство российских покупателей не были допущены к аукциону. Акции достались западным компаниям.

 

В период приватизации по Чубайсу более 17 процентов российской оборонки и стратегических предприятий были проданы на Запад за символические деньги[10].

 

Из приводимого доклада видно, какую деятельность развернули западные спецслужбы и фирмы по освоению советско-российского экономического и научного потенциала. Ещё одним направлением деятельности Чубайса, Черномырдина названа разработка «схемы создания «черных дыр», куда уходили огромные незапланированные суммы из бюджетных средств с целью образовать к концу года ничем не покрываемый дефицит бюджета». Таким образом, стратегия экономического подрыва в отношении России была действительно комплексной. Здесь и непосредственное получение контроля над российскими предприятиями, в том числе ВПК, и работа спецслужб с высшими государственными чиновниками, и создание условий для перелива российских активов за рубеж.

 

Работа иностранных консультантов может проходить в форме предоставления помощи государству, частным компаниям, создания и поддержки общественных инициатив, фабрик мысли в самых разнообразных сферах – от экологии и экономики до внешней политики и обороны. О привлечении иностранных консультантов заявлялось в отношении запланированных реформ почты, МПС, энергетики (Arthur Andersen для РАО ЕЭС в 2001 г.).

 

Крупнейшей программой ЕС, реализуемой в России, является  программа ТАСИС, предусматривающая ежегодную реализацию проектов с объемом финансирования до 2-3 млн. евро, со сроком реализации 2-3 года, с долей расходов на иностранных консультантов, доходящих до 4/5 от объема выделяемых средств[11].

 

Также одним из прикрытий деятельности зарубежных организаций на территории России является охрана окружающей среды. С 1992 по 2001 гг. наибольший объем из средств, выделенных частными организациями, приходился на Global Environment Facility (Глобальный экологический фонд) - около 93 млн долл. Большой объем средств выделен России Европейской программой ТАСИС - около 58 млн долл. Крупными донорами также являются Программа развития ООН (около 7,5 млн долл.), Агентство США по международному развитию (USAID) (7,3 млн долл.), Всемирный фонд дикой природы (6,9 млн долларов), Фонд Джона Т. и Кэтлин Т. МакАртуров - 2,8 млн долларов. По мнению эксперта РАН, около 20% общего объема средств тратится на иностранных консультантов. Около 30% средств идет на поддержку деятельности тех общественных организаций, которые реализуют проекты. Еще примерно 20% средств расходуется на семинары, совещания, разработку стратегий и планов, печатные издания. Таким образом, на реальную природоохранную деятельность остается не более 30% средств[12]. Иначе говоря, как минимум 70% средств идёт на обеспечение деятельности «консультантов» и поддержку западных инициатив усилиями местных организаций.

 

Совместно с иностранными консультантами, в том числе Шлейфером и Хеем, Чубайс осуществлял приватизацию, ставшую одним из мощнейших средств взлома российской экономики. Подробное освещение процесса приватизации можно найти в  документе Счётной Палаты РФ «Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993-2003 гг.». В этой записке указывается, что почти все приватизационные сделки указанного периода являются экономическими преступлениями. В частности, в докладе говорится: «Материалы контрольных мероприятий Счетной палаты свидетельствуют о том, что Правительством Российской Федерации, Минимуществом России, РФФИ надлежащим образом не выполнялись функции по контролю над приватизацией федерального имущества, в результате объекты государственного имущества в нарушение законодательства Российской Федерации отчуждались по заниженным ценам, приватизируемое имущество не оплачивалось или оплачивалось в меньшем размере», а также: «В результате проведения залоговых аукционов отчуждение федеральной собственности было произведено по значительно заниженным ценам». Помимо этих осторожных формулировок, доклад приводит и финансовые показатели незаконных сделок, в результате которых нынешняя олигархия захватывала государственные активы, и примеры иных нарушений российского законодательства, в частности в сфере допуска юридических лиц к операциям по приватизации (залоговых аукционов), в процедуре осуществления этих аукционов; указываются случаи, когда вопреки Указу Президента продавались пакеты акций российских компаний - «Юкоса», «Лукойла», «Сиданко», «Сургутнефтегаза» и других[13].

 

По сути залоговых аукционов говорится следующее: «…сделки кредитования Российской Федерации под залог акций государственных предприятий могут считаться притворными, поскольку банки фактически «кредитовали» государство государственными же деньгами. Минфин России предварительно размещал на счетах банков – участников консорциума средства в сумме, практически равной кредиту, а затем эти деньги передавались  Правительству Российской Федерации в качестве кредита под залог акций наиболее привлекательных предприятий. В результате банки, «кредитовавшие» государство, смогли непосредственно либо через аффилированных лиц стать собственниками находившихся у них в залоге пакетов акций государственных предприятий». Отмечаются и иные нарушения.

 

В отношении предприятий ВПК говорится, в частности, следующее: «В 1992-1993 годах предприятия оборонно-промышленного комплекса приватизировались в общем для всех порядке согласно Указу Президента Российской Федерации от 1 июля 1992 г. № 721 «Об организационных мерах по преобразованию государственных предприятий, добровольных объединений государственных предприятий в акционерные общества». В результате большое количество предприятий с высокой долей оборонного заказа в 1992 году были приватизированы без ограничений … что дает основания говорить о негативном влиянии результатов приватизации в данной области на обороноспособность страны.

 

Органы исполнительной власти нередко нарушали процедуру принятия решений о приватизации стратегических предприятий. Так, например, в нарушение подраздела 2.2 Государственной программы приватизации (т.е. без соответствующего решения Правительства Российской Федерации и заключения Госкомоборонпрома России о целесообразности приватизации) на основании всего лишь распоряжений должностных лиц Госкомимущества России[14] были приняты решения о приватизации целого ряда предприятий стратегического значения». И далее: «…после приобретения американской фирмой контрольного пакета акций курского АО «Кристалл», выпускавшего комплектующие изделия для систем наведения ракетного комплекса «Игла», было прекращено производство специзделий и утрачена уникальная технологическая база.

 

В результате применения для предприятий сферы оборонной промышленности механизма искусственного банкротства к выгоде узкого круга заинтересованных лиц разрушались вполне успешные производства, а сами предприятия и их активы уводились из-под контроля государства, в том числе переходили в  собственность нерезидентов. При этом в ряде случаев инициаторами искусственного возбуждения дел о несостоятельности (банкротстве) предприятий оборонно-промышленного комплекса выступали не только коммерческие структуры, но также федеральные ведомства и организации, в том числе государственные предприятия топливно-энергетического и коммунального комплекса».

 

Также нарушения законодательства зафиксированы в отношении объектов энергетики (РАО ЕЭС), инфраструктуры (ОАО «Мурманский морской торговый порт», АООТ «Нефтепорт») и других отраслей хозяйства («Авиакомпания «Сибирь», ОАО «Саянскхимпром», «Изумрудные копи Урала», «Северовостокзолото», «Кузбассинвестуголь», «Магнитогорский меткомбинат»).

 

Отмечено отсутствие контроля вплоть до настоящего времени (!) «процесса скупки иностранными лицами пакетов акций стратегически и экономически значимых для России предприятий через подставных лиц и на вторичном фондовом рынке», в т.ч. в сфере ВПК, энергетики.

 

Как заявил недавно председатель Счетной палаты Сергей Степашин, за последние 10 лет бюджетная система получила от продажи 145 000 госпредприятий 9,7 миллиарда долларов, что эквивалентно сумме, оставленной российскими туристами за рубежом в 2003 году.

 

Приватизация была, без сомнения, самым сильным средством взлома российской экономики, позволившим перераспределить государственные активы в пользу западных игроков и местной союзнической им элиты. Но имело место и непосредственное вредительство. Так, «НАМАКОН» уже писал о “Соглашении между Правительством РФ и Правительством США об использовании высокообогащенного урана, извлеченного из ядерного оружия” от 18.02.93. Этим “Соглашением...” устанавливалась передача в США 500 тонн российского оружейного урана для использования в качестве топлива для АЭС всего лишь за 11,9 млрд. долларов. Соответствующий базовый контракт был утвержден бывшим премьером В.Черномырдиным  (Постановление Правительства РФ от 25.08.93 N 261 “О подписании контракта на поставку в США...”). Отмечалось, что “организаторы урановой сделки передали из России в США такие энергоресурсы, стоимость которых по порядку величин измеряется ... триллионами долларров США… что в итоге равносильно нанесению России ущерба в размере более миллиарда долларов США ежедневно” в течение 20 лет.

 

Также «НАМАКОН» приводил выдержку из речи Б.Клинтона 24 октября 1995 года  на совещании в Объединенном комитете начальников штабов.  В ней президент США подвёл итоги этапа   “перестройки”: «мы добились того, что собирался сделать президент Трумэн с Советским Союзом посредством атомной бомбы. Правда, с одним существенным отличием - мы получили сырьевой придаток, неразрушенное атомом государство, которое было бы нелегко создавать. Да, мы затратили на это многие миллиарды долларов, а они уже сейчас близки к тому, что у русских называется самоокупаемостью:  за четыре года мы и наши союзники получили различного стратегического сырья на 15 млрд. долларов, сотни тонн золота, драгоценных камней и т.д. Под несуществующие проекты нам переданы за ничтожно малые суммы свыше 20 тыс. тонн меди, почти 50 тыс. тонн алюминия, 2 тыс. тонн цезия, бериллия, стронция  и т.д.

 

     В годы так называемой перестройки в СССР многие наши военные и бизнесмены не верили в успех предстоящих операций. И напрасно. Расшатав идеологические основы СССР, мы сумели бескровно вывести из войны за мировое господство государство, составляющее основную конкуренцию Америке. Наша цель и задача и в дальнейшем оказывать помощь всем, кто хочет видеть в нас образец западной свободы и демократии...»

 

В свете описанных выше фактов видно, что так называемые либерализация и приватизация не были стихийными процессами, как это любят представлять и оправдывать лоббисты разрушительных для России процессов у нас и на Западе. Скорее эти процессы напоминают стратегическую операцию, подобную тем, которые описывает в своей книге Перкинс. Отличие заключается, однако, в несопоставимости экономических потенциалов тех стран, с которыми работали американцы раньше, и России, к которой был применён и продолжает применяться весь арсенал политических, дипломатических и затем экономических средств воздействия.

 

Сейчас уже никого не удивишь тем, что американское правительство, в том числе путём наложения санкций, открыто препятствует осуществлению экономической деятельности стран-конкурентов и, в случае России, воссозданию стратегических отраслей промышленности. Самым последним примером является требование аннулировать сделку по продаже Сирии ракетных комплексов класса «земля-земля» «Искандер-Э» и ракет SA-18[15]. Сообщалось, что эта сделка по продаже Сирии экспортного варианта ПЗРК позволила бы изыскать средства на поставку нескольких таких комплексов модификации «Искандер-Р» российской армии.

 

Такой стандартный инструмент и, по словам Перкинса, основной источник финансирования операций, как международные финансовые организации (МФО), также выполнил свою часть работы в России. Здесь можно выделить два стандартных направления – непосредственно предоставление кредитов и увязанные с ними требования к экономической политике. В нынешней структуре госдолга по состоянию на 1.10.2004 на все организации приходится менее 10% его общей суммы в 99,8 млрд. долл.: на МВФ - 3,6 млрд., на МБРР (который входит в группу Всемирного Банка) - 5,8 млрд., на прочие международные финансовые институты - 0,3 млрд. долл. Наибольший ущерб был нанесён, таким образом, не в количественном отношении, а в качественном – теми рекомендациями, которые давали эксперты этих организаций нашей стране.

 

Стержнем этих рекомендаций было устранение государственного участия в экономике – в регулировании как внутренних процессов, так и внешней экономической деятельности. Естественно, оставленное государством место занимала не обещанная адептами либерализма «частная инициатива» и малый бизнес, а возникшие в нарушение всяческих человеческих и юридических норм компании, связанные с интересами коррумпированной российской элиты, что, разрушая российскую экономику, играло на руку западу и предоставляло возможность и западным компаниям участвовать в дележе российских активов. Таким образом, разрекламированная «невидимая рука рынка» для России, как и для многих стран до неё, на деле оказалась перчаткой экономического убийцы.

 

Выше в работе уже приводился пример того, как ВБ и ЕБРР кредитовал РЦП, на деньги жителей России занимавшегося подрывом российской экономики и оплачивавшего усилия тысяч и тысяч зарубежных экспертов, подобных Перкинсу или сыну М. Тэтчер Марку Тэтчеру. Ряд умышленных ошибок отмечает в своих публикациях, например, лауреат Нобелевской премии по экономике Дж. Стиглиц, работавший сперва в администрации президента Билла Клинтона председателем Комитета экономических советников, а затем на посту главного экономиста Всемирного банка. Например, Стиглиц справедливо отмечает вредоносность высоких процентных ставок ЦБ, которые навязывал России МВФ: «Многие новые приватизированные предприятия, даже те, которые начали свою деятельность, не имея намерений разграбить полученное, поняли, что они не смогут расширить масштабы производства и потому переключились на вывод активов» или на игру на финансовом рынке, где, в том числе и из-за завышенных ставок ЦБ, норма прибыли была выше, чем в производственном секторе. Кроме того, «высокие процентные ставки породили завышенный обменный курс, что удешевило импорт и затруднило экспорт». А это во многом привело к удушению местного производства. Зная о коррупции в России, МВФ предоставлял России финансовые средства, которые, в свою очередь, перекочевали к местным олигархам, и те вывели их из страны. Непосредственно перед кризисом, об опасности которого МВФ был предупреждён, МВФ настаивал на том, чтобы Россия занимала в долларах, а не в рублях, что после девальвации рубля привело к росту рублевого эквивалента долга в разы.

 

На причастность МВФ к кризисным событиям 1998 г. указывается и в Заключении Временной комиссии Совета Федерации по расследованию причин, обстоятельств и последствий дефолта 1998 г:

 

«Во многом в связи с позицией Международного валютного фонда Правительство Российской Федерации не предприняло упреждающих мер по предотвращению банкротства по внутреннему долгу путем реструктуризации его части, принадлежащей государственным структурам. Даже в последней стабилизационной программе Правительства Российской Федерации и Центрального банка Российской Федерации, разрабатывавшейся при участии Международного валютного фонда, сохранялся приоритет поддержания высокодоходных финансовых спекуляций в ущерб производственным инвестициям в качестве главной цели денежной политики…

 

… для снижения риска потери сверхприбылей нерезидентов на спекуляциях с долгами Правительства Российской Федерации в случае угрозы девальвации рубля Центральный банк Российской Федерации обязывался поднять процентную ставку в ущерб производственным инвестициям и конкурентоспособности национальной экономики.

 

Международный валютный фонд в лице ответственных руководителей (Первый вице-президент Международного валютного фонда С.Фишер, а также руководитель департамента Олдинг-Сми) был заранее проинформирован о готовившихся решениях от 17 августа представителями Правительства Российской Федерации. При этом руководители Международного валютного фонда не высказали возражений или сомнений в целесообразности и необходимости готовившихся решений, не указали на их несоответствие обязательствам Правительства Российской Федерации не только по гражданскому законодательству, но и по условиям соглашения с Международным валютным фондом, согласно которому Международный валютный фонд предоставил стабилизационные кредиты. Таким образом, Международный валютный фонд несет свою часть ответственности как за макроэкономическую и финансовую политику, повлекшую саморазрушение российской финансовой и банковской систем, так и непосредственно за решения от 17 августа».

 

Сегодня международные финансовые институты играют меньшую роль в открытом воздействии на политику и экономику России. Тем не менее, само это воздействие просто может оказываться в иных формах. Например, можно обратить внимание на экологические и гуманитарные инициативы и программы Всемирного Банка на Крайнем Севере и Фонда Рокфеллера на Дальнем Востоке – в тех регионах, которые в несколько ближайших десятилетий должны будут стать основой нефте- и газодобычи. Небезынтересно, что недавно ушедший в отставку директор ВБ Вулфенсон является по совместительству главой финансового комитета такой благотворительной организации, как Фонд Рокфеллера.

 

Ещё одна из причин кажущегося снижения внимания МФО к нашей стране заключается в том, что негативные тенденции в российской политике и экономике уже приобрели самоподдерживающийся характер. Не в последнюю очередь по причине сращивания российских и западных элит, инкорпорирующих российскую элиту на правах младших партнёров (на уровне элит любых других стран-поставщиков стратегически важного сырья). В этом свете в стратегической перспективе обесцениваются любые попытки укрепления России, предпринимаемые нынешней (и, теоретически, любой коррумпированной) властью, так как, в основном, они направлены на получение большей цены за сдачу суверенитета.

 

Возможно, подтверждением принятия России в сообщество «цивилизованных» государств в качестве младшего партнёра является то, что без особых возражений США и ЕС смотрят на процесс консолидации активов СНГ (промышленность Армении, нефтегазовый потенциал Прибалтики и Украины, энергосистема Грузии) в руках российских компаний. В силу прямого участия Запада в капитале этих компаний (ТНК-BP), наличия других форм зависимости от западных лиц (возможная передача акций Юкоса, находящихся в собственности Ходорковского, Дж. Ротшильду; партнёрство ЛУКОЙЛ и Chevron), наличия своих людей в руководстве (РАО ЕЭС) и т.п. эти компании приобретают все свойства ТНК, в том числе лишаются какой-либо национальной принадлежности.

 

На этом фоне государство продолжает избавляться от своей собственности. В 2004 году в рамках программы приватизации были проданы оставшиеся госпакеты акций "ЛУКОЙЛа" (7,59%) КонокоФиллипс за 1,988 млрд. долл. и Магнитогорского металлургического комбината (17,9%). В Новый год государство одобрило продажу РусАлом компании Alcoa за 250 млн. долл. Самарского металлургического завода и Белокалитвинского металлургического производственного объединения. При этом СМЗ и БКМПО являются монополистами на рынке алюминиевого проката России (по некоторым категориям – до 100% рынка). Оба завода играют ключевую (незаменимую) роль в поставке проката российскому авиапрому и космической промышленности. Не исключена продажа в ближайшее время «Связьинвеста», «Аэрофлота» и ещё более 1000 ФГУПов и нескольких сот ОАО, внесённых командой Грефа в список предприятий, подлежащих приватизации.

 

На уровне внешнеэкономической политики Россия также подвергается жёсткому давлению. Наша страна вынуждена существовать в условиях нарастания конкуренции между Китаем и США. При этом если Китай ещё может во многих аспектах опираться на собственные ресурсы, в том числе человеческие, то США уже давно вынуждены добиваться прогресса за счёт эксплуатации незащищённых экономических систем остального мира. В этих условиях использование российского потенциала выглядит привлекательным для обеих систем – китайской и западной, а для последней является необходимым для выживания.

 

Такие отрасли российской экономики, как энергетика, сельское хозяйство, банковские, страховые услуги, связь стали камнем преткновения на переговорах России о вступлении в ВТО. Генеральная линия российского руководства на интеграцию в мировую хозяйственную систему любой ценой дорого обойдётся как этим отраслям, так и всем жителям России, так как речь идёт о несущих конструкциях экономики – инфраструктуре, энергетике, продовольствии, финансах. Их интеграция в мировую систему с учётом их теперешнего состояния не оставляет шансов российскому суверенитету. В отношении интеграции интересно заметить, что, с одной стороны, интеграция в нынешнем состоянии для России крайне нежелательна. С другой стороны, рост российской экономики и возрождение нашей страны будет происходить на иных, чем западные либеральные, основах – в силу того, что наши люди оперируют отличными категориями, часто невыразимыми на языке либерализма. В случае такого возрождения интеграция по западным правилам точно не будет возможна, так как российская система будет отличаться от западной в своих основах, как это и было всегда в истории. Однако насущные интересы экономики и политики предопределят какие-то формы интеграции, не ущемляющие Россию. Возможно это будет только в случае, если нашей стране удастся отбросить навязываемый ей либеральный язык мышления, которым она, очевидно, не в состоянии оперировать.

 

Годы реформ продемонстрировали наличие у России гигантского потенциала, позволившего ей пережить годы кризиса и сохранить надежду на восстановление. Политика Запада в отношении нашей страны, в том числе некоторые аспекты её экономической составляющей, рассмотренные в этой работе, указывают на то, что Запад, независимо от того, удастся ли ему переделать Россию по своему образу и подобию, стремится к её ослаблению. В модели, предлагаемой Западом остальному миру, Россия является периферией, обслуживающей интересы «золотого миллиарда».

 

Общая модель выглядит таким образом, что перед элитой вешается морковка личного вхождения в «цивилизованный мир». Ценой этой причастности являются экономические и политические реформы, в результате которых государственная система реструктурируется таким образом, каким её наиболее эффективно вписать в создаваемую модель миропорядка. В последние 15 лет Россия являлась скорее объектом мировой политики, в отношении которой определённые субъекты мирового политического процесса предпринимали нужные им действия по реструктурированию и встраиванию России в новую политическую и экономическую модель. Результаты таких действий налицо, их некоторые экономические аспекты и описаны в этой работе.

 

 

http://www.namakon.ru

 


 

[1] «Ссудный день» Алексей Тихонов. «Известия» 30.09.2003

[2] Еще в 1944 году, когда США только-только включились в войну в Европе, газета Chicago Herald Tribune писала: “Сейчас, когда крушение Германии и Японии является вопросом ближайшего времени, когда огромная Россия лежит в руинах, мы можем с уверенностью заявить “Час доллара настал!” (Н.В.Кравчук «Истоки и смысл явления глобализации»).

[3] Совсем недавно китайские СМИ сообщили об обнаружении огромных запасов нефти (20,5 млрд. т, из которых подтвержденные запасы составляют 9 млрд. т.) на дне Бохайского залива в Желтом море (Северный Китай), которые, если эта информация соответствует действительности, позволят в дальнейшем опираться преимущественно на собственные энергоресурсы.

[4] См. М.Назаров ««Ложь» и «правда» Августа 1991-го»

[5] А.Дроздов «Не танцуется тебе, Россия!». «Литературная Россия» №40, 6.10.2000 г

 

[6] Газета Christian Science Monitor 15 августа 1989 г. писала: “Нам следует отдать должное тому великому плану, который вчерне разработал еще президент Тафт, отшлифовал президент Рузвельт, и последовательно выполняли все последующие американские президенты”.

[7] Чаще название World Bank переводится как Всемирный Банк.

[8] В 1997 г. Шлейфер и Хей были обвинены в США в том, что 'злоупотребив доверием правительства Соединенных Штатов, использовали личные связи . . . в корыстных целях'. Как установила прокуратура Массачусетса, направленные в Москву американские советники А. Шлейфер и Дж. Хэй, воспользовавшись неразберихой и дружбой с российскими чинами, пустили эти средства на собственные нужды. Обманным путем, за спиной Вашингтона, они купили пакеты акций крупнейших предприятий страны — «Ростелекома», «Газпрома», «Пурнефтегаза», «Черногорнефти», Иркутского, Саянского и Братского алюминиевых заводов и т. п. Акции находились в управлении у структур, контролировавшихся супругой Шлейфера Нэнси Циммерман -  «Farallon Fixed Income Associates» - и девушкой Хэя (впоследствии ставшей его женой) Элизабет Герберт - Pallada Asset Management».

[9] Эту, а также ещё одну публикацию Университета им. Дж. Вашингтона на эту тему в переводе можно найти по адресам:

 http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/97/172/3CHUB.html

http://www.zavtra.ru/cgi/veil/data/zavtra/98/245/41.html

 

[10] "Путин должен знать правду". Новая Газета, 17.01.2000

[11] www.ibusiness.ru/egover/27173/page2.html - сайт проекта «Инфобизнес»

[12] www.mnepu.ru/library/ctaep/2002-04-07.rtf - сайт Международного эколого-политологического университета

[13] Ещё в 1998 г. российская пресса писала: «К примеру, в 1995 году на организованном Чубайсом только для посвященных аукционах важнейших национальных имуществ, известных как “займы за акции” (loans-for-shares), “Гарвард менеджмент кампани” (ГМК), инвестирующая в университетские фонды, и миллиардер-спекулянт Джордж Сорос явились единственными зарубежными представителями, которым было разрешено в них участвовать. В результате ГМК и Сорос стали владельцами значительного числа акций Новолипецкого — крупнейшего в России — металлургического комбината, а также компании “Сиданко Ойл”, чьи нефтяные резервуары превосходят находящиеся во владении “Мобил”. ГМК и Сорос также инвестировали в российские высокодоходные облигации, МВФ субсидировал внутренний рынок ценных бумаг». («Завтра», 11.08.98 «Гарвардские мальчики делают Россию»)

[14] Т.е. Чубайс и его команда, включая западную агентуру.

[15] «Замечание» сделано Госдепартаментом США во время визита в США министра обороны Иванова, а также накануне встречи Путина и Буша в Братиславе и визита в Москву Президента Сирии Б.Асада.

 

                                                                                                                                                            


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-54  e-mail:  rass@intellectual.org.ua


Rambler's Top100