Сергей БАТЧИКОВ, Сергей КАРА-МУРЗА

 

ОПЫТ РАЗРУШЕНИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА.

 

Первую часть статьи читайте ЗДЕСЬ

 

ЧАСТЬ 2

 

Вспомним, что германский фашизм рассматривал войну против СССР как крестовый поход Запада ради его гегемонии над периферией, ради превращения народов СССР во «внешний пролетариат» своего «государства благополучия». Это был региональный эксперимент с глобальными претензиями на мировое господство - репетиция нынешней, более консолидированной попытки с более изощренными средствами.

Принят стереотип, будто СССР потерпел крах из-за кризиса его экономики, которую якобы измотала гонка вооружений. Это мнение ошибочно. С гонкой вооружений экономика справлялась - по оценкам ЦРУ доля советских военных расходов в валовом национальном продукте (ВНП) постоянно снижалась. В начале 50-х годов СССР тратил на военные цели 15% ВНП, в 1960 г. – 10%, в 1975 г. всего 6%. Но даже если исходить из вдвое большей оценки (которая теперь признана в США «абсурдно завышенной»), то выходит, что на закупки вооружений до перестройки расходовалось в пределах 5-10% от уровня конечного потребления населения СССР. Это не могло быть причиной краха системы. Не сыграли большой роли и колебания цен на нефть - прирост ВВП в СССР стабилизировался с середины 70-х годов на уровне 3–4% в год. И это стабильное развитие было более быстрым, чем в США.

В конце 80-х годов против СССР была проведена экономическая война, в основном силами внутренних союзников США (можно считать ее гражданской войной). В 1988-1990 гг. команде Горбачева удалось разрушить финансовую систему и потребительский pынок в СССР.

В СССР была финансовая система из двух «контуров». В производстве были безналичные («фиктивные») деньги, они погашались взаимозачетами. На потребительском рынке действовали обычные деньги, масса которых регулировалась в соответствии с массой товаров. Это позволяло поддерживать низкие цены и не допускать инфляции. Такая система могла действовать лишь при запрете перевода безналичных денег в наличные. Масштаб цен в СССР был иным, нежели на мировом рынке, и рубль мог циркулировать лишь внутри страны. Для этого были необходимы государственная монополия внешней торговли и неконвертируемость рубля.

В 1989 гг. оба контура финансовой системы СССР были раскрыты: отменена монополия внешней торговли, начался массовый вывоз товаров за рубеж. Было разрешено превращение безналичных денег в наличные, рост доходов при сокращении товарных запасов привел к краху потребительского рынка. Оттянуть развязку пытались за счет дефицита госбюджета, внутреннего долга и продажи валютных запасов. Средства перекачивались из накопления (инвестиций) в потребление - «проедалось» будущее развитие и рабочие места. Неожиданная и непонятная для населения внезапная разруха и нехватка товаров вызвали шок, который и был использован для уничтожения СССР.

После 1991 г. экономическая война была продолжена уже против России. Совместно с американскими советниками был разработан план тотальной приватизации, которая на деле была просто разрушением всего народного хозяйства. За три года производство сократилось наполовину, а самое наукоемкое производство – в 6 раз. У населения были экспроприированы хранящиеся в государственном банке накопления в размере 450 млрд. долларов. За рубеж были вывезены ценности (в виде товаров, сырья и дорогих материалов) на сумму, которая не поддается точному измерению, но составляет сотни миллиардов долларов.

В 1995 г. был проведен второй цикл приватизации, создавший «олигархов» - узкий круг приближенных к власти лиц, которым были переданы наиболее рентабельные отрасли экономики (добыча нефти и металлургия). Так, крупнейшая нефтяная компания была «продана» Роману Абрамовичу за 100 млн. долларов. Он хищнически эксплуатировал ее, составив огромное многомиллиардное состояние, а в 2005 г. государство «выкупило» эту компанию обратно за 13 млрд. долларов.

Национальный рынок был просто «сдан» иностранным конкурентам, которым правительство России даже оказывало поддержку, дискриминируя отечественных! Так, в 1992 г. правительство Ельцина закупило у российского села 26,1 млн. т зерна по 28 долларов за тонну, а у западных фермеров – 28,9 млн. т. зерна по 143,9 долларов за тонну.

Нобелевский лауреат Дж. Стиглиц пишет, что в ходе реформы в России принимались «наихудшие решения из всех возможных». Наихудшие – если смотреть с точки зрения интересов страны, но наилучшие с точки зрения противника, разрушающего экономику этой страны.

К числу таких решений, навязанных западными «советниками», относится и вступление России в ВТО. Известно, что ВТО – один из главных инструментов той глобализации, которая проводится в настоящее время согласно философии и доктрине неолиберализма. Суть норм ВТО – максимальное раскрытие границ для потока товаров и капиталов и дерегулирование хозяйственной деятельности в стране национальным государством. Передача экономики РФ, переживающей длительный и глубокий кризис, под юрисдикцию норм ВТО и ее полное раскрытие для иностранного капитала есть момент судьбоносный. Это решение сопряжено не просто с риском, а с практически неизбежной утратой всей наукоемкой обрабатывающей промышленности (включая оборонную), а также большей части сельского хозяйства. И нам никто не позволит закрыться от действия норм ВТО так, как это сделали американцы, закрепившие в Разделе 102 (а) Акта по Соглашениям Уругвайского раунда положение о том, что «любое из положений соглашений Уругвайского раунда, если оно не соответствует любому закону США, не должно иметь силу». Все возражения против убийственного для ослабленной России шага просто игнорировались этим ничтожным меньшинством, в кругу которого обсуждался этот вопрос. Не было никаких признаков диалога и объяснений, а часть приложений к протоколам переговоров о присоединении России к ВТО оказалась вообще засекреченной для российских граждан.

В 90-е годы Россия испытала жесткое давление с целью поставить под контроль ТНК ее природные ресурсы. Это – один из принципов глобализации: как говоpили в 80-е годы, чтобы избежать «pиска pазбазаpивания сыpья по национальным кваpтиpам». Эту мысль конкретизировала в дальнейшем государственный секретарь США Мадлен Олбрайт, которая посчитала «несправедливым, что Россия обладает такими огромными природными ресурсами». Во время правления ельцина суверенитет России над ее природными богатствами был в существенной мере утрачен и в последние годы понемногу восстанавливается с огромным трудом (если учесть, что Россия – крупная ядерная держава, то можно представить себе, как непросто будет в подобной ситуации сохранить свои богатства небольшим странам).

В результате этих военных операций в России были созданы условия, несовместимые с воспроизводством жизни. Эти условия парализовали общество и блокировали его способность к сопротивлению планам глобализации. Даже слабые попытки В.В.Путина стабилизировать ситуацию и восстановить хотя бы часть утраченного суверенитета России в экономической сфере вызывают на Западе резкую критику, бешеную кампанию в СМИ и непрерывные провокации.

Любая страна, ставящая целью сохранить приемлемый уровень суверенитета над своими ресурсами и хозяйством, должна изучить слабые места своих защитных систем и подготовиться к подобным атакам. Для этого ей полезен подробный анализ опыта России.

 

3. Внедрение системы потребностей, удовлетворяемых только через Запад, и «вербовка» элиты с ее превращением в антинациональную силу

 

Одно из главных средств разрушения страны - внедрение в массовое сознание неудовлетворенных потребностей. В России сложилась культура непритязательности. Люди ценили достаток, но не делали культа из потребления. Но в годы перестройки они стали объектом мощной и форсированной программы по слому старой, созданию и внедрению в общественное сознание новой системы потребностей.

Потребности являются явлением социальным, а не индивидуальным, они обусловлены культурно, а не биологически. Глобализация нуждается в том, чтобы жажда потребления становилась все более жгучей, нестерпимой. Маркс писал о буржуазной революции: «Радикальная революция может быть только революцией радикальных потребностей». Сдвиг в мировоззрении российской элиты к западному либерализму породил ненависть к непритязательности советского человека, ибо она была иммунитетом против соблазнов капитализма.

Кампания по переориентации потребностей на структуру общества потребления привела к сильнейшему стрессу и расщеплению массового сознания. В условиях обеднения усилились уравнительные идеалы, и люди хотели бы иметь солидарное общество – и в то же время их гложет червь нереализуемых потребностей.

Произошло “ускользание национальной почвы” из-под производства потребностей, и они стали формироваться в центрах мирового капитализма. По замечанию Маркса, такие общества можно “сравнить с идолопоклонником, чахнущим от болезней христианства” - западных источников дохода нет, западного образа жизни создать невозможно, а потребности западные.

Процесс внедрения «невозможных» потребностей в СССР был искусственно ускорен путем ликвидации культурных защит против внешнего идеологического воздействия. Эти защиты были обрушены в годы перестройки под ударами всей государственной идеологической машины. При этом новая система потребностей была воспринята населением не на подъеме хозяйства, а при резком сокращении местной ресурсной базы для их удовлетворения. Это породило массовое шизофреническое сознание и быстрый регресс хозяйства – с одновременным культурным кризисом и распадом системы солидарных связей. Монолит народа рассыпался на кучу песка, зыбучий конгломерат мельчайших человеческих образований – семей, кланов, шаек.

Когда идеологи реформ проводили акцию по внедрению невозможных потребностей, они преследовали политическую цель разрушения советского государства и общественного строя. Но удар по здоровью страны нанесен несопоставимый с этой задачей – в РФ создан порочный круг угасания народа. Укоренение “потребностей идолопоклонника” создает реальный риск “зачахнуть” значительной части населения.

Опыт последних пятнадцати лет заставляет сформулировать тяжелую гипотезу: русские могли быть большим народом с высоким уровнем культуры и темпом развития только в двух вариантах: при комбинации Православия с крестьянским общинным строем - или при коммунизме с советским строем. При капитализме - хоть либеральном, хоть криминальном - русские стянутся в небольшое население Восточной Европы с утратой державы и высокой культуры.

 

4. «Демонтаж» народа

 

Страну невозможно превратить в пространство для глобальных «экономических операторов», не лишив ее национальной самобытности (ибо хозяйство – часть культуры) и не превратив народ в толпу, лишенную коллективной исторической памяти. Все сообщества людей, в том числе народы и нации, складываются в ходе их сознательной деятельности, они проектируются и конструируются. Это - явления культуры, а не природы.

Связи, соединяющие людей в народ, хорошо изучены, а значит, их можно порвать и народ демонтировать. Повреждение механизма скрепления народа, его демонтаж - одно из важных средств войны во все времена. Это и было причиной национальных катастроф, поражений, даже исчезновения больших стран, империй, народов.

Эта операция и была произведена в СССР и России. За пятнадцать лет демонтирован, «разобран» главный деятель нашей истории, создатель и хозяин страны - народ. Все остальное - следствия. И пока народ не будет вновь собран, не вернёт своей памяти, разума и воли, не может быть выхода из этого кризиса. Демонтаж народа проводился целенаправленно, с применением сильных и даже преступных технологий. За вторую половину ХХ века процесс разборки народов стал предметом исследований и технологических разработок, основанных на развитой науке. Свержение власти и уничтожение стран происходит сегодня не в ходе классовых революций и межгосударственных войн, а посредством демонтажа народа и искусственного стравливания этносов.

Против народа России применялись средства информационной и экономической войны. Экономическая война выразилась в лишении народа его общественной собственности и доходов от нее, а также личных сбережений. Это привело к утрате социального статуса огромными массами рабочих, технического персонала и квалифицированных работников сельского хозяйства. Резкое обеднение большинства населения кардинально изменило образ жизни (тип потребления, профиль потребностей, доступ к образованию и здравоохранению, характер жизненных планов). Это означало глубокое изменение и в материальной культуре народа, и в мировоззрении.

Население собирается в народ на общей мировоззренческой матрице (вокруг общего «культурного ядра»). Ее надо постоянно строить, обновлять, «ремонтировать». Но против нее можно и совершать диверсии - подтачивать, подпиливать, взрывать. В России воздействие на массовое сознание средствами информационной войны имело целью непосредственное разрушение культурного ядра народа. Был произведен демонтаж исторической памяти, причем на очень большую глубину, опорочены или осмеяны символы, скреплявшие национальное самосознание, в людях разжигалось антигосударственное чувство, неприязнь к главным институтам государства - власти, армии, школе, даже Академии наук.

В результате была размонтирована «центральная матрица» мировоззрения, население утратило целостную систему ценностных координат. Сдвиги в сознании и образе жизни были инструментами демонтажа того народа, который и составлял общество и на согласии которого держалась легитимность советской государственности. К 1991 г. советский народ был в большой степени «рассыпан» - осталась масса людей, не обладающих надличностным сознанием и коллективной волей.

В этом состоянии у населения РФ отсутствуют некоторые важнейшие качества народа, необходимые и для организации действий в защиту своего государства и даже своего права на жизнь, и для выработки национального проекта. Можно говорить, что народ болен и лишен дееспособности, как бывает ее лишен больной человек, который еще вчера был зорким, сильным и энергичным. Но и в этом болезненном состоянии он продолжает подвергаться ударам, направленным на разрушение его самосознания, хотя за последние пять лет государство понемногу начинает выстраивать оборону.

Разрушительным ударам подвергались все институты, генерирующие связи, соединяющие людей в народ - школа, армия, наука, литература. Здесь уничтожены огромные ценности, которые издавна считались принадлежностью мировой культуры. Например, СССР имел сильную кинематографию, с ее особым мироощущением и художественным языком. За пять лет она была уничтожена - целенаправленно и вопреки требованиям «рынка». Сейчас частные киностудии выпускают фильмы с жестко заданными Голливудом ценностными ориентациями и идеологическими клише. Люди их не смотрят, и кинорынок их не принимает. Однако владельцы идеологизированной киноиндустрии и их спонсоры не считаются с потерями - им важнее перевоспитать российского зрителя, индоктринировать российскую молодежь.

Возрождение страны и выход из нынешнего кризиса будут происходить по мере новой «сборки» народа из большинства населения посредством восстановления его культурного ядра с преемственностью исторического цивилизационного пути России. Это большой общий труд, он набирает силу.

 

5. Разрушение структур рационального мышления, здравого смысла, коллективной памяти и традиции, а также психологических защит против манипуляции сознанием

 

Жесткая идеологическая кампания перестройки в СССР толкнула к лавинообразному распаду всей сложной конструкции рационального сознания. Поток мракобесия, который лился с экранов телевидения, был настолько густ, что вызвал культурный шок. При этом мракобесие стало очень агрессивным, оно активно навязывало обществу темные, суеверные, антинаучные (и антирелигиозные!) взгляды.

Утpата здpавого смысла, довеpие к самым абсуpдным обещаниям - все это стало нормой общественной жизни. Рассуждения стали настолько бессвязными и внутренне противоречивыми, что многие думали, будто жителей крупных городов кто-то облучил неведомыми “психотропными” лучами. Трудно представить, чтобы когда либо еще в истории России было такое резкое падение уровня умственной работы. Мы были свидетелями огромной злонамеренной кампании, направленной на помрачение разума большой части граждан.

Это состояние общества, будучи и причиной, и следствием распада («демонтажа») народа есть одна из главных угроз самому существованию России как целостной страны и культуры. Угроза эта – общенациональная. От поражающего действия этого удара в той или иной мере пострадали все социальные группы, но именно элита составила главную “группу риска”. И признаком, и важной причиной кризиса в России стало странное оглупление элиты, правящего слоя и его приказчиков. Они вдруг впали в состояние интеллектуальной патологии, как будто потеряли способность к здравым рассуждениям и разумным умозаключениям.

Произошла архаизация сознания образованных людей. В нем как будто “испортились” инструменты логических рассуждений, потерялись навыки выявления причинно-следственных связей, проверки качества собственных умозаключений. Среди “инструментов мышления” был прежде всего испорчен язык - язык слов и чисел. Ум людей заполнили ложными именами, словами, смысл которых менялся и искажался до неузнаваемости. Говорили “демократия” и расстреливали парламент. Говорили “священная собственность” - и воровали сбережения целого народа. Говорили “права человека” - и делали граждан беззащитными против подонков и хамов, захвативших деньги и власть. Когда важнейшие слова так испорчены, трудно тянуть мысль и трудно вести разговор.

Люди перестали различать главные категории, употребляемые в ходе принятия решений (например, категории цели, ограничений, средств и критериев). Они с трудом могли применить меру – прикинуть в уме “вес” разных явлений, масштаб проблемы и наличных ресурсов для ее решения. Тон стали задавать люди, и среди них много авторитетных интеллектуалов, которые и дом, и страну могли сжечь, чтобы, как говорится, поджарить себе яичницу.

Конечно, сходные процессы наблюдаются и на Западе, там это уклончиво называют постмодернизмом. В России же это произошло в связи с поражением СССР в “холодной войне”. Культурное ядро нашего “побежденного” общества разрушалось радикально, с огромным перебором, и его обломки не укладываются даже в структуры постмодерна – мы имеем просто антимодерн, регресс к дологическому, шаманскому типу мышления.

Совершенно некритически, как будто потеряв способность к простейшим логическим операциям, стала интеллигенция заглатывать абсурдные, порой даже чудовищные утверждения идеологов. Требование тотальной приватизации обосновывали таким доводом: «Пропасть нельзя перепрыгнуть в два прыжка!» - и культурные люди аплодировали этому идиотскому сравнению. И нельзя было спросить, а зачем вообще нам прыгать в пропасть. Разве где-нибудь кто-то так делает, кроме самоубийц? С другой высокой трибуны кричали: «Нельзя быть немножко беременной!» Мол, надо сломать свое народное хозяйство и перейти к «рынку». И опять аплодисменты. Что за идиотизм, при чем здесь беременность? Кто у нас забеременел и от кого? Люди стали падки на глупейшие, бессмысленные метафоры.

Выступления идеологов, особенно из ученых, потрясали абсолютным (будто наивным) отрицанием накопленного человечеством знания. У них возникла почти мистическая тяга сказать нечто прямо противоположное знанию и опыту. Вот уже 15 лет СМИ обрушивают на людей потоки утверждений, которые на первый взгляд кажутся бессмысленной чередой глупостей. На деле в этом потоке есть именно система и даже система технологий, предназначенных для разрушения культурного ядра общества.

Важным «срезом» рационального сознания является способность предвидеть состояние важных для нас систем. Это предвидение опирается на анализ предыдущих состояний, для него необходим навык рефлексии, необходима коллективная память. Общество, в котором слишком много граждан теряют навык рефлексии, становится беззащитным. В таком обществе с подорванной исторической памятью не возникает «мнения народного» и не может сложиться понятного для всех разумного проекта преодоления разрухи. В России с конца 80-х годов произошло разрушение или глубокая деградация инструментов рефлексивного мышления. «Перестройка» так и мыслилась - как стирание нашей исторической памяти, возвращение на «столбовую дорогу цивилизации». Отключение «блока рефлексии» было массовым и моментальным – как будто кто-то сверху щелкнул выключателем.

Прежде всего, были ликвидированы «инструменты» рефлексии, которые выработала наша культура. К их числу относился, например, регулярный гласный отчет по понятной и весьма строгой форме. Прошел год - и отчитывается руководитель, каждый в рамках своей ответственности, а все слушают и вспоминают. И этот отчет кладется, как летопись наших дел. Теперь сделаны недоступными простейшие инструменты рефлексии (отчетные доклады, контрольные цифры и др.), идет деградация хранилищ материальных носителей памяти (архивов и библиотек). Восстановление даже этих элементарных условий рефлексивного мышления уже стало сложной задачей. Можно даже говорить об утрате управленческими структурами «системной памяти», наличие которой необходимо для рационального сознания. Перед нами – типичный порочный круг. Его разрыв – нетривиальная, творческая политическая задача.

 

6. Мобилизация политизированной этничности и разрушение системы межнационального общежития

 

Россия изначально сложилась как страна многих народов («многонациональная»). Ядром, вокруг которого собрались народы России, был русский народ, который и сам в процессе своего становления вобрал в себя множество племен. Их «сплавило» Православие, общая историческая судьба с ее угрозами и войнами, русское государство, язык и культура.

Одна из самобытных черт России - особый сложный и даже изощренный тип общежития народов, империя неколониального типа. Беря «под свою руку» новые народы и их земли, эта империя не превращала их в подданных второго сорта, эксплуатируемых имперской нацией. Здесь не было этнических чисток и тем более геноцида народов, подобных тем, что происходили в Северной Америке. Здесь не было планомерной ассимиляции с ликвидацией этнического разнообразия (как произошло со славянскими племенами в Германии к востоку от Эльбы). Здесь не создавался «этнический тигель», сплавляющий многонациональные потоки иммигрантов в новую нацию (как в США). Здесь не было и апартеида, закрепляющего части общества в разных цивилизационных нишах.

Конструкция, созданная в России, обладала исключительной гибкостью и ценными качествами, которые не раз спасали страну. Но в то же время в ней были источники напряжения и хрупкости, и ими умелые противники пользовались. В феврале 1917 г. Российскую империю этнические элиты растащили «по национальным квартирам». Тогда Россию спасло то, что подавляющее большинство населения было организовано в крестьянские общины, а в городах несколько миллионов грамотных рабочих, проникнутых общинным мировоззрением, были организованы в трудовые коллективы. Они еще с 1902 г. начали сборку нового, уже советского народа. В советской системе те принципы «семьи народов», на которых собиралась Россия, были укреплены и дополнены экономическими, политическими и культурными механизмами. Насколько они были эффективны, показала Великая Отечественная война, в которой впервые все народы на равных выполняли воинский долг.

В советское время продолжилось формирование большой многонациональной «гражданской» нации с общей мировоззренческой основой, общим миром символов, общими территорией и хозяйством. В 80-е годы едва ли не главный удар «холодной войны» был направлен как раз на тот механизм, что скреплял народы в семью. Решение перенести главное направление информационно-психологической войны против СССР с социальных проблем на сферу межнациональных отношений было принято в стратегии холодной войны уже в 70-е годы. Но шоры исторического материализма не позволили советскому обществу осознать масштаб этой угрозы. Считалось, что в СССР «нации есть, а национального вопроса нет».

Антисоветские революции в СССР и в Европе, сходная по типу операция против Югославии опирались на искусственное разжигание агрессивной этничности, направленной против целого. Технологии, испытанные в этой большой программе, в настоящее время столь же эффективно применяются против постсоветских государств и всяких попыток постсоветской интеграции.

По советской системе межнациональных отношений были нанесены мощные удары во всех ее срезах - от хозяйственного до символического. Горбачев усиливал эту кампанию властью государства. В 1991 г. он устроил, преодолев возражения Верховного Совета, референдум с провокационным вопросом - надо ли сохранять СССР. До этого сама постановка такого вопроса казалась абсурдной и отвергалась массовым сознанием. Теперь всему обществу власть заявила, что целесообразность сохранения СССР вызывает сомнения и надо этот вопрос поставить на голосование. Как мы помним, 76% населения высказалось за сохранение Советского Союза. В республиках со сложным этническим составом ценность той системы межнационального общежития, созданного в СССР, ощущалась особенно остро. В голосовании на референдуме о судьбе СССР в Узбекистане приняли участие 95% граждан, из них за сохранение Союза высказались 93,7%, в Казахстане явка была 89%, «да» сказали 94%, в Таджикистане явка была 94%, «да» сказали 96%.

В этой большой операции противникам России удалось произвести два стратегических прорыва. Во-первых, политизированное этническое сознание нерусских народов в значительной мере было превращено из «русоцентричного» в этноцентричное. Ранее за русским народом безусловно признавалась роль «старшего брата» - ядра, скрепляющего все народы страны. С конца 80-х годов, наоборот, прилагались огромные усилия, чтобы в нерусских народах разбудить «племенное» сознание - этнический национализм, обращенный вспять, в мифический «золотой век», который якобы был прерван присоединением к России.

Во-вторых, «социальные инженеры», которые сумели настроить национальные элиты против союзного центра и добиться ликвидации СССР, взрастили червя сепаратизма, который продолжает грызть народы постсоветских государств. Ведь соблазн разделения идет вглубь, и даже народы, уже в ХIХ веке осознавшие себя едиными, начинают расходиться на субэтносы. В России сумели подавить и опорочить гражданский национализм, который соединяет родственные народности в народы, а народы - в большую нацию. Взамен в массовое сознание «накачивают» этнонационализм, ведущий к разделению или даже стравливанию народов и к архаизации их культуры.

Эта угроза, прямо связанная с операцией по демонтажу советского народа и его ядра - русских, - продолжает вызревать и порождать новые, производные от нее опасности.

Развал СССР, а затем и нынешней России - необходимый этап в доктрине глобализации, которая созревала в неолиберальной философии с конца 70-х годов. Это и этап на пути к тому состоянию, что сегодня называют «Поминки по Просвещению». Русский философ А.С. Панарин пишет: «Новейший либерализм не только совершил предательство по отношению к Просвещению, пойдя на потакание инстинкту в его борьбе с нравственным разумом; он предал Просвещение, пойдя на потакание этносепаратизму. Стратегический замысел понятен: оспаривать американский однополярный порядок на деле способны только крупные государства. Почти все крупные государства являются полиэтническими. Следовательно, спровоцировав племенного демона на бунт против «империи», можно дестабилизировать и в конце концов разложить крупные государства, оставив единственную сверхдержаву в окружении мира, представленного исключительно малыми и слабыми странами».

 

***

 

Антисоветский проект, соединившийся с доктриной глобализации по схеме США, был направлен на слом буквально всех устоев и структур жизнеустройства России - на разрушение российской цивилизации. Наблюдая в течение пятнадцати лет этот процесс, мы с уверенностью можем сказать, что испытанные в России технологии будут применены во всех регионах мира, превращаемых в периферию нового глобального мироустройства. Ни у одного народа на этот счет не должно быть никаких иллюзий. Глобализация под эгидой США – это реванш Тьмы.

 

Сергей БАТЧИКОВ, Сергей КАРА-МУРЗА

 

http://smert-burzhuyam.nnm.ru/opyt_razrusheniya_sovetskogo_soyuza_chast_2

 

Первую часть читайте ЗДЕСЬ

Вы можете ознакомиться с другими работами академика С. Кара-Мурзы на его странице на нашем сайте. 

 

                                                                                                                                                                    


      Отправить сообщение admin@intellectual.org.ua с вопросами и замечаниями об этом веб-узле.  По вопросам размещения материалов: - направляйте Ваши   материалы и письма по адресу: redaktor@intellectual.org.ua  

 БЮРО РАССЛЕДОВАНИЙ ФОНДА ВЕТЕРАНОВ ВНЕШНЕЙ РАЗВЕДКИ: тел. 8 (067) 404-07-54  e-mail:  rass@intellectual.org.ua